В дом мы ворвались тоже без труда. Никто не запирался, не сопротивлялся, не стрелял, потому что дом был пуст. Обжитой, довольно чистый. Мы обшарили каждый угол, каждый закуток, включая подпол, но никого не нашли. Возле кровати было несколько капель крови на полу. Свежая, еще не успела свернуться.
Вокруг дома тоже никого. Можно было догадаться по размеру мужской одежды, что здесь жил довольно крупный мужик, но на улице мы наткнулись на кузнечную наковальню и кожаный фартук, характерный для увлечения Вакулы. Так же под небольшим навесом стоял огромный кованый, узорчатый крест.
– Кирилл Андреевич, – подозвал меня один из бойцов. – Взгляните!
Я подошел ближе и невольно усмехнулся.
«Смирнов Анатолий Борисович» – было написано на кресте. Ниже дата рождения. Готовился Вакула, ждал. Дождался.
Кто-то нас опередил. Сбежать Вакула не мог, иначе, откуда кровь? Нос расковырял? Это Зотов пропизделся в плену. Больше никто не мог знать об этом месте.
– Погрузите в машину, – кивнул я головой на Вакулину поделку. – Уходим!
Крест оказался довольно тяжелым, пацаны еле втроем подняли, с трудом понесли к машине. В этот момент огромная овчарка выскочила из травы, злобно рыча, ощетинилась, готовая вцепиться в любого из нас. Один из охранников вскинул автомат, чтобы дать по злобной псине очередью.
– Не стрелять! – крикнул я в последний момент.
Собака мне понравилась. Бросить ее в этой глуши на верную гибель я не мог, и убивать ее жалко. Валерия хотела собаку? Вот ей и дружбан нашелся.
Все замерли, включая овчарку. Я зачмокал на собаку губами, привлекая внимание к себе. Медленно, избегая резких движений, снял с крючка фартук Вакулы и начал к ней красться. Овчарка села и тявкнула, но уже не громко. Я приблизился к ней и дал понюхать ей вещь прежнего хозяина, она жалобно заскулила и потерлась о фартук носом.
– Хороший мальчик! – потрепал я собаку по шее рукой. Псина жалобно заурчала и вскочила снова на ноги. Кобель, отметил я пол осиротевшей псины. – Пойдем, мой хороший, пойдем!
Я пошел к калитке, и пес следом за мной, высунув язык набегу.
Мы впихнули в багажник крест, я кинул туда же фартук Вакулы, следом за которым запрыгнул пес.
Раз Асадов меня опередил, ничего другого не оставалось, как поехать к нему. И крестик доставим по адресу, заодно.
Разочарование от несостоявшейся мести очень быстро сменилось очередной порцией злости.
Мы остановились у ворот Асадова, и я на секунду завис. Захватывать дом и устраивать бойню не было надобности. Нужно решить все как-то на словах, миром.
Я приказал охране ждать и разоружился. Оставил только бронежилет. Выйдя из машины, я решительно позвонил в звонок.
– Подними руки и держи так, чтобы я их видел, Уманский! – раздался из домофона мужской голос.
Клим? Мать его раз так! Это хорошая весть! Валерия должна быть жива и здорова, если этот сраный мудак там с ней! Если еще и Климов меня подведет, то кому верить тогда?
Ворота поехали в сторону, открывая обзор на большой двор и особняк. Я поднял руки, как мне велели, и зашагал к дому.
Клим вышел ко мне навстречу еще с тремя охранниками. Улыбался он так, будто на самом деле был рад меня видеть.
Я остановился напротив крыльца и посмотрел на него снизу вверх.
– Где Валерия? – с замиранием сердца спросил я его. Он должен знать, что с ней.
– С ней все хорошо! – заверил меня Олег. – И Вакула у нас! Представляешь?
– Представляю, – с облегчением выдохнул я.
– Оружие есть?
– А ты спустись и проверь, старый ублюдок! – подначил я его.
Климов заржал и дал знак остальной охране, чтобы они перестали в меня целиться. Неспешно, вразвалочку, не переставая улыбаться, он спустился вниз по ступенькам. Когда он приблизился ко мне на достаточное расстояние, я размахнулся и от души зарядил ему кулаком в ухмыляющуюся рожу.
Трое на крыльце снова вскинули стволы в мою сторону и знатно занервничали. Клим отшатнулся, едва устояв на ногах, схватился за скулу, согнувшись в три погибели, а потом уставился на меня.
– Сам знаешь за что! – процедил я, потирая ушибленный кулак. – Я приехал за девчонкой! Отдай ее мне, и я уеду!
– А с дружбаном своим не хочешь перетереть? – спросил Климов, снова шагнув ко мне. – Вакула рассказал нам столько занимательных историй…
– Настроения нет, – резко передумал я.
Ну, убью я Зотова, чем я стану лучше Вакулы? Это Ник пытался кому-то уподобиться. Не я. Да и оставаться здесь даже лишнюю секунду не хотелось.