– Чё слышал, – начинаю выходить из себя я.
– Дуй давай отсюда! – угрожает мне он. – Лялька тут остаётся.
Мне не нравится, как он смотрит на Алёну. Она надевает свитер, стоя к нам спиной. Вот клянусь, есть в этом его взгляде что-то настораживающее.
– Отойди, – предупреждаю его я.
– Я сказал тебе: девка остаётся! – бычится он, отклячивая нижнюю губу. – СВАЛИИИЛ быстро из нашей хаты!
Бессмысленно с ними разговаривать. Там мозг заспиртован по самое не хочу.
Удар правой. Вадик валится на пол. Громко и нецензурно выражается. Алёна прикрывает Ульяне уши.
– ВААДЮШ! – мать Лисицыных бросается к нему, падая на колени. – Вадь, больно да? Вадь, кровь течёт. Вадь…
– Идите вниз, – подталкиваю Алёну к выходу, выпроваживая их обеих в коридор.
Куртку надеть не успевает, запихиваю ей её в руки.
– Ром, – голос девчонки дрожит. – А ты?
– Нормально всё. Подождите меня внизу, в подъезде.
– Ром…
Я выталкиваю их прочь из этой затхлой, убогой квартиры. Поворачиваю замок.
– Чё за ор тут у вас? – из кухни выныривает ещё один персонаж. – Ты кто? Вадян где?
– Отдыхает, – ухмыляюсь я, и что-то в моём взгляде его напрягает.
Заглядывает в комнату и матерится.
– Ты чё… Ах ты, урод! Ты чё с ним сделал?
Пытается кинуться на меня. Я хватаю его за руку. Выкручиваю со всей дури, меняя положение его тела.
– Ааааааа, – кричит на всю квартиру. Хруст костей. – Отпусти! ОООЙ ЙО! Отпусти!
Пинком ноги под зад отправляю его туда, откуда пришёл. Возвращаюсь в комнату и поднимаю с пола Вадика. Видимо, это замена Валеры, которого я отхлестал ремнём в октябре.
– Не трогай его, зверьё! – бросается на меня Екатерина.
Лупит руками, истерит.
Я отталкиваю её в сторону кровати, а Вадика вытаскиваю в коридор и впечатываю в стену. Нос разбит, кровь хлещет. В поплывших глазах – полное непонимание ситуации.
– Ты, гнида, даже не думай, – качаю головой и засаживаю ему по печени. Затем разворачиваю и локтем начинаю душить до тех пор, пока он не начинает кашлять. – Даже в мыслях, мразь. Убью, только тронь их!
– Вааадь! – ревёт недомать, но я захлопываю дверь прямо перед её носом.
– Опуи… – хрипит пьяница.
Чувствую, что ещё немного и конец ему. Отпускаю. Но бью до тех пор, пока он мешком не сползает по стене. Прикладываюсь ногой напоследок. На всякий случай.
Приглушённо кряхтит, харкая собственной кровью. Музыка и какофония звуков на кухне как-то поутихли. Сидят как мыши. Только тот несчастный стонет. Руку я ему всё-таки сломал.
Поднимаю глаза. Любопытные головы тут же исчезают в проёме.
– С наступающим! – бросаю через плечо.
– Брелок. Уронил, – испуганно лепечет какой-то додик, протягивая раскрытую ладонь. Я и не заметил, что он всё это время стоял у двери ванной. – Только не бей. Он сам. Упал.
Я хмыкаю, глядя на спрятанную за спиной вторую руку. Приготовился небось уже чем-то долбануть меня по башке. Да не успел.
– Что там у тебя, рэмбо?
– Эээ, ничего, – ставит невесть откуда взявшуюся вазу на пол.
Качаю головой.
– Я это, я не хотел, не…
Выдёргиваю ключ от своей тачки из его пальцев и одним движением грубо убираю его в сторону. Зажмуривается, идиот. Думает буду бить. Что там бить-то? Костей потом не соберёшь.
Выхожу из злополучной квартиры, громко хлопая дверью.
Да, Рома… Вместо того чтобы помочь Лисице, ты ей жизнь только усложнял. Кретин.
«Замуж выходит летом» – вспоминаются мне слова её матери.
Что ещё за херня?
7
Рома спускается вниз минут через пять. Спокойный. Но это только внешне. В свете блеклой лампы, худо-бедно освещающей обшарпанный подъезд, я замечаю в его глазах беспокойство.
– Идём, Алён? – открывает дверь, и она жалобно скрипит. Придерживает, ожидая, пока мы пройдём. – В машину садитесь.
– Ром, мы…
– В машину, Алён, – нажимает кнопку на брелке, голос не повышает, но чётко даёт понять, что не надо ему сейчас перечить. – Ульянка, прыгай назад.
– Хорошо!
Вот уж кто воспринимает происходящее, как очередное приключение.
Роман садится за руль, и я обхожу автомобиль с другой стороны. Открываю дверь, осторожно опускаюсь на дорогое кожаное сиденье. В машине работает радио и, как и в прошлый раз, приятно пахнет чем-то цитрусовым. Прошлый раз, кстати, состоялся лишь благодаря театральным ухищрениям одной маленькой выдумщицы.
– Поехали, пока на тачку не прилетело что-нибудь сверху, – невесело смеётся парень. – Я вам обогрев сейчас включу.
– Ромааа, а ты куда нас повезёшь? – интересуется Ульяна, поднимаясь с сиденья. Заглядывает ему в лицо и улыбается.