– Вообще-то, да, – Энджел сменил позу и пристально посмотрел на меня. – Это не Демид.
– Тогда кто?
– Поклянись, что никогда не расскажешь сестре! – Энджел посмотрел на меня как на ребенка.
– Чтоб мне не видать больше черной икры, сухого мартини и этих Гуччи на моих ногах, клянусь! – он перекрестился и вознес глаза в небо.
– Как ты ко мне относишься? Я серьезно.
– Никак к другу, точно. И на будущее. Мужчина никогда не будет относится к женщине как к другу, если конечно он не гей. Между этой дружбой всегда что-то встает, – он игриво подмигнул.
– Я про то, что… – господи, я напоминала себе вечно мямлящую сестру! – я не очень хороший человек, понимаешь.
– Тома, я услышу имя того избранного или мы так и будем ходить вокруг да около?
– Это Артем. Так что Тася не так и безумна, как ты считал…
– Да ты самое порождения дьявола, – Энджел наигранно отодвинулся от меня. – Валера! У тебя есть святая вода?
– Ц… – теперь уже я цыкнула. – Дурак… с тобой невозможно говорить о чем-то серьезном!
– Ну так как это было?
– Хочешь подробностей?
– Всенепременно, милая.
– Не называй меня так… я… просто хотела кому-то рассказать вот и все. Я первая с ним познакомилась. В Питере. Гуляла в парке, ко мне подошел парень, завязал разговор. Мы встречались какое-то время. Потом я провали экзамены в универ, в котором как оказалось он учился. Уехала в Москву. Он быстро переключился на сестру, я узнала это только после того, как мы переспали. Он в итоге выбрал ее. Тася ничего не знает.
– Почему?
– Скажи я ей, мне бы пришлось признать, что она отбила его, тогда я бы видела в ней соперницу. А ты знаешь, со мной лучше не ссорится. Я выбрала сестру… Он ведь и меня звал в эти чертовы горы! С самого начала он хотел одного, продать нас этому ублюдку! Сестра могла избежать всего этого, понимаешь…
– Скорее всего он решил, что хотя бы одну поимеет сам, а вторую продаст.
– Считаешь?
– Все это уже неважно. Не имеет никакого значения, что могло бы быть. Ты не могла предвидеть будущее. Поступила так как считала нужным и правильным в тот момент. Никогда не сожалей! Ни о чем и никогда, поняла?
– Да…
– Хватит, иди сюда.
Энджел крепко прижал меня к себе. Он был таким теплым и таким теперь родным. Мы через столько прошли! Какими бы в итоге ни были наши отношения, он навсегда останется мне близок.
– Мы приехали, – объявил водитель.
– Успокоилась?
– Да. Я в норме. В наше время самая лучшая моральная поддержка от тех, кто хочет тебя трахнуть.
Энджел посмеялся. И я обожала это в нем. На что другой мужик давно бы обиделся, да и вовсе перестал разговаривать, Энджел не воспринимал, еще и смеялся. Ему все казалось каким-то не серьезным. Все кроме той войны, которую он вел уже много лет против таких как Шерхан.
– Ух ты… теперь все ясно.
– Только после вас, – Энджел указал мне на частный самолет.
Мы поднялись на борт, где нам сразу предложили ледяное игристое. На столике лежали наши документы. Энджел усадил меня в кресло и крепко пристегнул ремень, не сводя глаз с моего декольте. Сам сел, напротив. Мы молча смотрели друг на друга, пока самолет разгонялся по взлетной полосе, набирал высоту и окончательно затерялся в облаках. Стюардесса принесла бутылку шампанского и закуски. Сказала, что мы можем расстегнуть ремни.
Она еще не успела уйти, как Энджел сорвался с места. За секунду расстегнул мой ремень и притянул к себе.
– Чертово платье, я думал у меня яйца взорвутся сегодня, когда я увидел тебя в нем!
– Это лучший комплимент, который я слышала…
Энджел целовал меня бесконтрольно. Впивался губами до боли не давая вздохнуть. Мы что-то снесли, пока наощупь добирались в спальню.
– Проклятые пуговицы… – по петлям пальцами, они дрожали.
Энджел сорвал бабочку, скинул пиджак. Не отрывая губ, расстегнул манжеты, я наконец справилась с последней скользкой пуговицей.
– С твоим платьем меньше проблем, – он просто опустил лямки, оно скользнуло вниз, оставив меня в бесшовных стринги.
Энджел повалил меня на кровать, торопясь расстегнуть ремень на брюках. Я безвольно подчинялась ему. Растаяла в горячих руках мужчины, как пломбир. Я не знала мужской ласки. Два перепиха с Артемом на заднем сиденье его мерса, и грубое изнасилование со стороны бывшего телохранителя и Шерхана, вот что было.
Энджел же был опытным любовником. Невероятно страстным и нежным. Каждое прикосновение вызывала выброс эндорфинов. Сердцебиение учащалось, и я теряла способность дышать. Он освободился от штанов и переключился на мою грудь.
– Господи… как хорошо… – призналась я. Это было правдой.