А вот эти мажорчики...
Леша усмехнулся, представил их лица.
Дима — с его вечно небрежной укладкой, которая стоит как месячная стипендия. С папой-бизнесменом, владеет сетью магазинов, который даже не в курсе сколько на самом деле он тратит.
Гоша — наркоман конченый, но при этом сын генерала. Связи в силовых структурах.
Вадик —с папой депутатом, это блин опять совершенно другой уровень.
Они и были этим трамплином. Случайное знакомство на тусовке с нужными людьми. Просто рекомендация как «своего». Это дорого стоит.
И отказываться от всего этого — от яркого, пусть и развратного мира — было тяжело. Очень тяжело.
И ой как не хотелось терять все это.
Но все равно. Даже за это — за все эти возможности, за будущее, за деньги — он не позволит им к Наде приближаться.
Саша...
Леша потер переносицу, там, где обычно начиналась головная боль. Саша...
Иногда он даже не верил, что у них что-то было. Нет, физически — да, было. Но все это казалось настолько нереальным, что память подкидывала сомнения: а может, ему просто приснилось?
Она казалась из другого мира.
Из серии — богиня снизошла и подпустила к себе простого смертного. Да, в общем, так оно и было, если честно.
Леша провел ладонью по столу, пальцы наткнулись на крошки — он смахнул их на пол машинально.
Саша — с ее идеальной внешностью. Макияж безупречен — естественный, но явно профессиональный. Одежда сидела на ней так, будто шилась по фигуре. Наверное, так и было.
Но дело даже не во внешности.
Глаза. Эти какие особенные зеленые глаза, которые смотрели сквозь тебя. Не на тебя — сквозь. Как будто ты был прозрачным стеклом, и она видела все — твои мысли, страхи, желания, слабости. Все твое нутро, разложенное по полочкам.
И ум. Господи, ее ум всегда был на три шага впереди. Пока ты думал о настоящем, она уже просчитывала будущее. Пока ты строил планы на неделю, у нее уже был расписан следующий год.
И при этом она не требовала много взамен.
Ну да — он сливал ей абсолютно все про мажоров. Каждую тусовку. Каждую драку, каждую пьянку, каждый срыв. Каждый скандал — кто с кем поругался, кто кого послал, кто чью девушку увел. Каждую грязную историю — кто нюхнул, кто обкурился, кто проблевался в элитном клубе.
Но... и что?
Это же просто слова. Информация. Ничего конкретного. Сплетни. Слухи. Воздух, превращенный в звуки.
Да, он перекидывал ей фотки, если они были интересные. Компрометирующие, пикантные — кто-то целуется не с той девушкой, кто-то держит в руках свернутую купюру у носа, кто-то спит в обнимку с унитазом. Материал, который в случае необходимости можно было использовать как компромат.
Но он знал — Саша дешевым шантажом не занимается. Она не из тех, кто сливает фотки в паблики или рассылает по мессенджерам с подписью "смотрите, кого я застукала".
Она играет в более серьезные игры.
И ни разу — ни единого разу — фотки или информация, которую он ей передавал, нигде не всплывали. Они просто исчезали в ее архивах, словно проваливались в черную дыру. Ждали своего часа.
Может быть, этот час никогда не наступит.
А может быть, наступит именно тогда, когда нужно.
Леша поднялся с кресла, подошел к окну. За стеклом серел вечерний город — фонари уже зажглись, окна в домах напротив светились желтыми квадратами. Где-то там жили люди со своими маленькими жизнями, проблемами, радостями.
На самом деле он действительно не знал, кто она.
Не знал, чем она занимается. Какая у нее работа — если это вообще можно назвать работой. Не знал, кто ее семья. Откуда деньги — а их было много, это было очевидно даже по тому, как она одевалась, на чем ездила, где жила.
Не знал, какая у нее цель. Зачем ей вообще вся эта информация о мажорчиках? Что она с ней делает?
Их знакомство было... как бы это назвать... случайным.
Якобы случайным.
Магазин дорогой одежды на Тверской. Он выбирал себе рубашку на последние деньги. Но надо было выглядеть как они. Как мажоры. Иначе тебя сразу считывали за чужака.
Она подошла. Улыбнулась — той самой улыбкой, от которой мужчины теряли голову. Заговорила. Непринужденно, легко. Как будто они были старыми знакомыми.
"Эта рубашка тебе не подойдет, — сказала она, — Возьми лучше вот эту. Поверь мне."
И он взял.
Потом они выпили кофе. Потом она предложила подвезти. Потом...
Только намного позже — месяцы спустя — он стал догадываться. У Саши не бывает ничего случайного. Вообще ничего.
Она все планирует. Каждый шаг. Каждое знакомство. Каждое слово. Каждую паузу.