— Если скажешь да — наплюем на правила. Ты ведь тоже хочешь.
Тоже хочу, но с ответом не спешу. Молчу, надеясь, что молчание Динар не примет за согласие. Он принимает. Делает шаг к дивану и садится, утягивая меня следом.
Чувствую себя околдованной, иначе не могу объяснить почему поддаюсь. Почему не сопротивляюсь и не отказываю. Я должна. Сегодняшний вечер принадлежит мне.
Я могу отказаться, но совершенно не противлюсь, когда Динар усаживает меня на руки. Мои ноги оказываются по обе стороны от его бедер. Промежность утыкается во вздыбленный член.
Динар бесцеремонно насаживает меня на себя. Вдавливает клитором во внушительный бугор и ловит мой стон ртом, снова впиваясь в губы. Немного грубо, но между ног лишь сильнее заныло от такого поведения.
Мы уже сталкивались, он уже меня целовал. Прежде.
Тогда, когда я безумно его хотела, но надо мной висел запрет.
Я была верной женой для Игоря, который так бесцеремонно растоптал мои чувства и вогнал нас в невероятные долги.
Тогда Динар появился в моей жизни неожиданно. Буйным неожиданным вихрем ворвался и так же быстро ушел. Я отказала. Тогда у меня не было причин поддаваться соблазнам, но они есть сейчас.
Он заплатил, а я, к своему стыду, слишком сильно его хочу.
Незаметно для меня самой платье оказывается спущенным до талии. Его горячему взору открывается моя налитая грудь с предательски торчащими сосками.
Динар бесцеремонно сдавливает их пальцами, трет подушечками и хмыкает, когда я не сдерживая стон, охаю.
— Совершенная. Слышишь, Полина? Твоя грудь совершенная и наверняка сладкая.
Через мгновение его горячий язык касается моего соска. Аккуратно проходится по твердой горошине и всасывает ее в рот. Прикусывает зубами и отпускает, переходя к другой груди.
Я выгибаюсь.
Грудь — моя эрогенная зона и Динар словно чувствует это. Знает, что совершенно точно невозможно. Он просто чувствует, считывает меня, изучает.
Динар прижал меня за бедра снова. Очередной раз вдавил в упругий член. От этих простых прикосновений у меня потемнело в глазах и по коже проскользнули непонятные разряды.
Мне хотелось большего. Чтобы касался. Еще и еще трогал, чтобы изучал.
Его ладонь скользит по внутренней части бедра. Стремительно приближается к краю трусиков и, отодвинув кружевную ткань, прикасается к мокрой разгоряченной плоти.
Подушечками пальцев Динар кружит на клиторе, ласкает, размазывает влагу, а затем, резким движением проникает в меня сразу несколькими пальцами.
Я вскрикиваю от неожиданности и ощущения наполненности. Тело простреливает импульсами тока, стоит его пальцам прийти в движение. Я издаю глухой протяжный стон и бесцеремонно подаюсь вперед, сама насаживаюсь на его пальцы.
— Я знал, что ты горячая. Еще тогда, когда хотел взять тебя в твоей квартире — знал. Горячая и страстная. Все, как я люблю.
Воспоминания, подобно удару пыльным мешком по голове, простреливают сознание. Я непроизвольно переношусь туда, где еще не так давно была счастлива. Сколько прошло? Неделя? Кажется, что даже меньше.
Мы с мужем что-то планировали, думали, я мечтала о совместном отпуске. Не где-то там, за бугром, мне бы подошел любой город внутри нашей страны. Я просто хотела провести с мужем хоть какое-то время.
Вместе. Без работы, без перерывов, спокойно и… счастливо.
Возбуждение уходит резко. Щелк, и нет его. Я пытаюсь свести ноги вместе и наталкиваюсь на преграду в виде мужской руки. Динар отстраняется нехотя, несколько мгновений всматривается в мое лицо и отстраняется.
Его пальцы выскальзывают из моего еще влажного лона, а сам мужчина поднимается и командует:
— Пошли.
Не спрашиваю куда, просто встаю, поправляю платье и следую за ним. Мы поднимаемся на второй этаж, Динар открывает комнату и пропускает меня внутрь. Идет следом.
Я не спрашиваю, зачем мы здесь, молчу, принимая свою судьбу.
На неделю — он мой покупатель.
Он имеет право на все и если сейчас он захочет со мной переспать — вряд ли я смогу отказать, тем более что несколько минут назад сама ему позволила себя раздеть, стонала под его пальцами.
И продолжила бы, если бы он не вспомнил о квартире.
— На сегодня это твоя комната. Завтра ты переберешься в мою спальню, — говорит неожиданно. — Я оставляю тебя. Вижу, что ты не готова. Надеюсь, к завтрашнему утру ты отдохнешь и будешь более… сговорчивой.
— Да. Да, я постараюсь.
— Или мы попрощаемся, — давит интонациями.
Я сглатываю. Мы не можем. Не должны. Повторения позора с тем, как меня выводят на сцену и продают, как товар, я не переживу. И не уверена, что мое тело сможет отозваться так же, как на Динара, на любого другого мужчину. Уверена, что нет. Точно нет. У нас и с Игорем не сразу получилось, хотя мне он безумно нравился. Как-то не с самого начала я смогла расслабиться и возбудиться, а с Динаром это оказалось легко.