– Гриш, она у меня. Пусть погостит недельку. А потом ты её заберёшь.
– И на этом спасибо, – угрюмо усмехнулась Варя, вытирая слёзы.
В прихожую вышла Зина, запахивая на ходу японский, весь расшитый золотыми цветами шёлковый халат, который когда-то Пётр подарил жене.
– Здравствуй, Варя. Проходи, чувствуй себя как дома, – надменно улыбнулась Зина бывшей подруге и приказала свекрови: – Мама, пойдёмте, вам пора массаж делать.
– Иду, доченька, иду, – обрадовалась Татьяна Ивановна и шепнула Варе: – Повезло нам с Зиночкой. Руки у неё просто золотые! Так она мне хорошо спину разминает! А как готовит! Пальчики оближешь! Ой, всё, я пойду, а то она меня ждёт… А ты располагайся в кабинете, там диван мягкий. Извини, дочка, но из твоей комнаты мы с Зиночкой гардеробную сделали. Кеша нас так балует, так балует, столько нам одежды позволяет покупать! Скоро нам квартиры будет мало…
Мама поспешила за снохой, но в последний момент она вдруг обернулась.
– Надеюсь, ты на нас не обижаешься?
– Нет, всё нормально…
Мать ушла, оставив её в коридоре одну.
Через два дня, не выдержав равнодушного отношения к себе со стороны не только брата, но и матери и поняв, что её место в этой квартире было прочно занято Зиной, Варя вернулась к Григорию.
Рожала Варя в Кремлёвской больнице. Ей выделили отдельную палату, что было по советским меркам необыкновенной роскошью. В других палатах по несколько человек в комнате лежали знаменитые артистки и жёны очень крупных номенклатурных чиновников. И хоть весь персонал больницы был и так вышколен, к Варе отношение было подчёркнуто особенное, даже слишком подобострастное. Чуть ли не каждые пятнадцать минут в палату осторожно заглядывала медсестра, чтобы удостовериться, что с Варей всё в порядке. А уж когда начались схватки, в родовой палате собрались сразу несколько человек медперсонала, включая и заведующую отделением. Но это не помогло, потому что рожала Варя всё равно очень тяжело. Открылось кровотечение, которое никак не могли остановить. Врачи перепугались, что эта важная пациентка умрёт. Началась еще большая суета и даже паника, пока заведующая отделением своим властным голосом не приказала лишним людям удалиться и взяла руководство родами в свои руки.
Наконец-то ребёнок вышел. Варя с облегчением вздохнула и улыбнулась. Всё. Мучения закончились. Вот он, её малыш!!!
– Ну, здравствуй, мой родной! – прослезилась от счастья Варя.
– Ух ты, какой богатырь! Мальчик! – воскликнул врач и вдруг в ужасе произнёс: – Господи, что это?!
Варя увидела на лицах врачей гримасы брезгливости.
– Что с ним? Покажите мне моего сына! Что вы стоите? Дайте мне моего ребёнка! – запаниковала Варя.
Врач в нерешительности развернул к ней младенца. Весь этаж огласил отчаянный крик.
Григорий в накинутом на костюм белом халате сидел в кресле кабинета зав. отделением и ждал результатов. Наконец врач вернулась. Она нерешительно зашла в кабинет и устало опустилась на стул.
– Ну что, родила? – вскочил Григорий с кресла.
– Родила.
– С ней всё нормально?
– Опасность миновала. Но ваша жена потеряла много крови. Честно вам скажу, мы чуть не потеряли её, она была на грани смерти.
Лицо Григория побелело. Он схватил женщину за воротник халата.
– Я вам за что такие бабки отвалил? Вы что, не могли нормально роды провести?!
– К сожалению, за ваши деньги рожала не я, а ваша жена. И тут нам приходится иметь дело с природой. В одних случаях женщины рожают как кошки, даже не пискнув. Они тут же могут отряхнуться, встать и пойти по своим делам. А есть женщины, которые от родов умирают. И такие случаи, к сожалению, не так уж редки, хотя мы делаем всё возможное, чтобы этих рожениц спасти. Но иногда и медицина бывает бессильной…
– Как она сейчас? Варя будет жить?! – взволнованно спросил Григорий.
– Не волнуйтесь, теперь с вашей женой всё в порядке. Я вам гарантирую, что Варвара Петровна выйдет отсюда абсолютно здоровой.
– Спасибо, доктор! – обнял женщину Григорий, а потом потребовал: – Отведите меня к жене! Я хочу её видеть! Немедленно!
– Я вам не советую к ней идти. Мы вкололи ей успокоительного, и сейчас Варвара Петровна спит, поэтому её лучше не тревожить.
Григорий достал из кармана толстую пачку купюр и протянул их врачу.
– Это вам за спасение моей жены.
– Не надо. За спасение жизни я денег не беру, – отказалась Тамара Николаевна.
– А как там мой ребёнок? Кто у меня родился – дочь или сын? – спросил наконец Григорий.
– Сын.
– Ух ты! У меня сын!!! – ликовал Григорий, игриво похлопав женщину по плечам. – Слышишь, Москва? У Григория сын родился!!! Сегодня гулять будут все!!! Я всех приглашаю в ресторан!!! И всё ваше отделение пусть приходит! А вы, моя дорогая Тамара Николаевна, будете сидеть у меня на самом почётном месте!