– Булька! Булька! Ты где? – позвал Миша. – Смотри, что я тебе принёс. Котлету!
И тут же из противоположного конца сарая, визжа от радости и усиленно виляя куцым хвостиком, к нему помчался трёхмесячный щенок. Булька с неимоверной щенячьей радостью приветствовал своего пятилетнего хозяина.
– Булька! Ах ты мой Булька! Вот озорник! – смеялся Миша, когда этот маленький пятнистый комочек, поскуливая и повизгивая от восторга, лизал его лицо и руки. Мальчик нежно прижал к себе этого неуклюжего и некрасивого, как и он сам, приблудного щенка. – Только ты меня любишь, милый ты мой дружочек, мой славный Булька!
Лишь в этом сарае рядом со своим четырёхлапым другом Миша чувствовал себя по-настоящему счастливым.
Весна зажурчала озорными ручейками и наполнила воздух свежестью, а сады неугомонным птичьим щебетанием. Небо приобрело особую лазурную яркость, а солнце ласкало кожу приятным шёлковым теплом. Наконец-то можно было ходить без тяжёлых валенок, шуб, шарфов и шапок. А самое радостное – дети теперь проводили на свежем воздухе почти весь день! А уж сколько всего интересного сейчас было на улице! И червяков можно откапывать, и кораблики из бересты пускать по ручейкам, да и просто рисовать палкой узоры по грязи – чем Миша Бурый сейчас увлечённо и занимался.
Все дети разбрелись по большой территории детского дома, пока на веранде воспитательницы всех групп увлечённо обсуждали постоянную животрепещущую тему под названием «Все мужики – козлы». Иногда, правда, Светлана Макаровна отвлекалась от разговора и, хлопнув в ладоши, зычным голосом приказывала:
– Третья группа, водим хоровод!
Дети послушно бросали свои игры, брались за руки и шли по кругу, уныло напевая хором: «От улыбки хмурый день светлей. От улыбки в небе радуга проснется…»
– Теперь в другую сторону! – приказывала Светлана Макаровна, опять хлопнув в ладоши.
И дети шли в другую сторону, так же заунывно напевая эту песенку заново.
Только Миша Бурый в хороводах не участвовал, потому что однажды он споткнулся и завалил на грязную землю всю группу. Поэтому теперь он обладал такой радостной привилегией наблюдать это занудство со стороны.
– Хватит! – наконец-то смилостивилась воспитательница.
На этом её ответственная методическая работа заканчивалась, и дети, к всеобщей радости, могли быть предоставлены сами себе.
Вообще-то третья группа была дружной, они часто все вместе строили в песочнице лабиринты или играли в «дочки-матери», или гоняли мячик. Вот только Мишу они в свои игры не брали. Во-первых, потому что он был слишком неуклюжим ребёнком и часто портил им игру. А во-вторых, дети видели, что Мишу не любят воспитатели. А малыши уже в этом возрасте интуитивно понимали, что нужно всегда быть с начальством заодно, тогда и у тебя проблем будет меньше.
Миша Бурый в стороне от всех сидел на корточках, водил палкой по грязи и тихо напевал себе под нос мультяшную песенку: «Хорошо живёт на свете Винни-Пух. Оттого поёт он эти песни вслух…»
Миша часто напевал песенки из этого мультфильма. Мальчик полюбил этого забавного нарисованного персонажа ещё и потому, что он отождествлял себя с этим неуклюжим медвежонком со странным именем Винни-Пух.
Ведь в детдоме у него было два прозвища: Медведь и Урод. Первое было, конечно же, намного приятнее.
Наконец воспитательницы, как обычно, пошли к повару попить чайку со свежеиспеченными булками. Миша ждал этого момента. Как только за женщинами закрылась дверь, он кинул палку в грязь и побежал к сараю. Булька его уже заждался. За четыре месяца щупленький крошечный щенок вырос в довольно крупного пса с массивными длинными лапами и мощным торсом. Но вот нрав остался всё такой же игриво-весёлый. Теперь, когда пёс от радости кидался на своего маленького хозяина, чтобы облизать ему лицо, Миша со смехом падал на солому, не в силах удержаться на ногах.
– Булька! Мой Булька! – гладил мальчик забавную мордочку друга. – На вот тебе, кушай, дружочек.
Пёс мгновенно проглотил фрикадельку и с недоумением посмотрел на мальчика, как бы вопрошая: «И это всё?!!»
– Что, не наелся? – Миша тяжело вздохнул. – Я понимаю, что этого мало. Но где же ещё-то взять? Эх, Булька, Булька… Ты подожди, лето настанет, и я тебя отпущу за забор. Там ты сможешь сам охотиться и еду себе добывать. А пока потерпи… Ну что ты на меня так смотришь? Не хочешь терпеть? Да?
Как бы соглашаясь со словами мальчика, Булька заскулил и жалобно посмотрел Мише в глаза, продолжая, однако, вилять хвостом.