- Я... извините, - пробормотала, пятясь.
Он не двигался. Стоял и смотрел сверху вниз.
Я чувствовала себя мышкой перед сытым, опасным котом. Интересно, коты играют с мышками перед тем, как съесть?
- Привет, сладкая, - сказал он, и от его интонации у меня мурашки побежали по рукам.
- Здравствуйте, - ответила я, глядя в пол. - Вы ошиблись. Я не сладкая. Я Аня.
- Я запомнил, - кивнул он. - Аня. Ты вкусно рисуешь.
Я подняла глаза. Он кивнул на мою папку. На ней, на уголке, виднелось пятно от кофе и набросок вчерашнего заката, который я сделала углём.
- Я серьёзно, - сказал он, перехватив мой недоверчивый взгляд. - Ты видишь красоту в простых вещах. В Караваджо.
От его слов у меня перехватило дыхание. Это была какая-то дичь. Слишком красивая, чтобы быть правдой. Слишком правильная.
- Вы меня с кем-то путаете, - сказала я твёрже, чем думала. - Мне пора.
Я попыталась обойти его, но он мягко, но настойчиво взял меня за локоть. Его пальцы снова обожгли кожу.
- Я хочу заказать у тебя торт, - сказал он.
Я замерла.
- Что?
- Торт, - повторил он. - Мне сказали, ты печешь на заказ. У моего партнёра день рождения. Хочу удивить.
Врёт.
Всё врёт.
У него же свои рестораны, там свои кондитеры.
Зачем ему я?
- Вы чего? - выдавила. - У вас свои повара.
- Им не хватает души, - он посмотрел мне прямо в глаза. - А у твоей «Картошки» есть душа. Я её почувствовал.
От его слов у меня защипало в носу.
- Я подумаю, - прошептала я, выдернула руку и, сломя голову, побежала по коридору к лестнице.
Я бежала, тяжело дыша, думая только о том, чтобы скрыться. Я влетела в женский туалет, захлопнула дверь кабинки и только там перевела дух. Руки тряслись, колени подкашивались.
Что это было? Почему он преследует меня?
Чего ему надо от обычной толстой девчонки?
Я посмотрела на себя в зеркало над раковиной.
Растрёпанные волосы, красные щёки, испуганные глаза.
Булка. Самая обычная булка с начинкой из страха и недоверия.
4
Я открыла кран и плеснула холодной водой в лицо. Взять себя в руки. Срочно. Он просто шутит, играет.
Такие, как он, играют с такими, как я.
А я не хочу быть игрушкой.
Я хочу быть... художником. Кондитером. Кем угодно, только не чьим-то десертом на сладкое.
Телефон в кармане пиликнул. СМС с незнакомого номера.
«Видел твои рисунки на выставке в аудитории. Я хочу купить один из них. Завтра в шесть в Капкейке.» Дамир.
***
Всю ночь я не спала.
Ворочалась с боку на бок, комкая одеяло, и в голове у меня крутились одни и те же мысли. Купить рисунок? Зачем миллионеру мой корявый набросок?
К утру я приняла решение. Не пойду и точка. Пусть думает что хочет. Я выключу телефон и буду рисовать комиксы про толстых котов. Никаких Дамиров, никаких «сладких», никаких заказов.
Но судьба, как назло, решила иначе.
С утра позвонила мама.
- Анечка, привет! – голос у мамы был уставший. – Ты как?
- Нормально, мам. А ты чего такая грустная?
- Да ничего, доченька. Зуб разболелся. К врачу надо, а цены такие... Я думала, само пройдёт, а оно ночью так разошлось, хоть на стену лезь. Ладно, потерплю до зарплаты.
У меня внутри всё оборвалось.
Мама одна, работает учительницей в школе, денег вечно не хватает. Она никогда не просит помощи, всегда говорит «я сама». А я ничем не могу помочь, потому что моя стипендия смех, а заработки в кондитерской копейки.
- Мам, сходи к врачу. Я тебе скину, сколько скажут.
- Куда ты скинешь, Анюта? Ты сама с копейки на копейку перебиваешься.
Мы поговорили еще немного, потом я положила трубку и посмотрела на телефон. Сообщение от Дамира висело вверху списка, как насмешка. Купит рисунок. За сколько? Наверное, за тысячу рублей. Для него это мелочь, а для меня шанс помочь маме.