— Ты такая прекрасная, — прошептал Артём, проведя ладонью от её щиколотки к коленке, и по коже тут же пробежались приятные мурашки. — Невероятная. Снимем свитер?
Слегка вздрогнув от неожиданности вопроса, Аля зачем-то вновь попыталась возражать:
— Может, достаточно?..
— Нет, точно недостаточно. И вообще — кто мне тут про микробы недавно говорил? — Артём встал с колен, и Аля не удержалась — посмотрела на него ниже пояса. Тут же захотелось вновь зажмуриться, но вместо этого она всё же открыла второй глаз. А то одним плохо видно, а там было на что посмотреть.
А ведь они толком ничего не делают! Она только джинсы сняла и колготки — точнее, Артём снял, — а у него уже такая реакция, словно он эротический фильм смотрит.
Но это оказалось безумно приятно, потому что Аля ощущала себя по-настоящему красивой.
— Я говорила. Микробы… да. — Мысли путались, и девушка с трудом формулировала предложения. — Просто… я никогда…
— Я понимаю, Аль, — ответил Артём, ласково посмотрев на неё. Подошёл ещё ближе и коснулся ладонью щеки, а второй рукой поддел край свитера. — И я обещаю, что не позволю себе лишнего. Полежим, а потом ты пойдёшь.
— Ты сам-то в это веришь? — выдохнула она с иронией, и Артём тоже улыбнулся.
— Верю. Потому что из меня сейчас и правда так себе герой-любовник. Посмотреть смогу, немножко погладить, но надолго меня не хватит. А ты заслуживаешь большего. Тебя надо ласкать несколько часов, — Артём понизил голос, и в его синих глазах, как в небе, вспыхнула яркая молния. — Чтобы ты забыла собственное имя, а могла только стонать моё.
Совсем засмущавшись, Аля вновь зажмурилась, чувствуя, как Артём снимает с неё свитер и внизу живота становится теплее.
65
Артём
Простые беленькие трусики. Обычный лифчик — тоже беленький, — Артём такого белья в жизни не видел. Все девчонки, которые оказывались с ним в одной постели, были одеты во что-то сверхсоблазнительное. Аля же, зная, что вечером придёт к Артёму, ничего подобного не надела.
И от осознания, что рядом с ним находится искренняя и неопытная девушка, щемило сердце.
«Дело не в том, что происходит, а в том, кто находится с тобой рядом», — так однажды сказала его мама, правда, не Артёму, а своей подруге — он лишь случайно услышал и запомнил эту фразу. Не имея понятия, что имела в виду мама, сейчас он подумал, что эти слова очень подходят к нынешней ситуации. Аля не делала и половины того откровенного, что делали другие девушки, но при этом была гораздо желаннее. И так не хотелось, чтобы она уходила!
— Пойдём, — шепнул Артём, взяв Алю за руку, и повёл к постели. Девушка по-прежнему не открывала глаз, и из-за этого казалась особенно трогательной. Интересно, когда она осмелеет? — Вот так, ложись…
Аля послушно забралась под одеяло, нащупав его край, завернулась, как в кокон. А Артём, подавив желание засмеяться — подумал, что девушке станет обидно, хотя он всего лишь умилялся её непосредственностью, — щёлкнул выключателем, погрузив комнату в полумрак. Свет теперь оставался лишь от торшера, стоявшего с противоположной стороны, возле окна.
А за окном, кстати…
— Аль, смотри, — сказал Артём, улыбнувшись. — Снег всё-таки пошёл.
Она развернулась, приподнялась, вглядываясь в происходящее за стеклом, где в воздухе кружились крупные белые хлопья, серебрясь в свете фонарей, и прошептала:
— Я же говорила: холодно. А ты всё босиком, босиком…
— Не ворчи, — хмыкнул Артём и, воспользовавшись тем, что Аля отвлеклась на созерцание снега, выпустив натянутое одеяло из рук, скользнул к ней в кровать. Сразу же прижался, млея от ощущения желанной девушки рядом, и чмокнул Алю в плечо.
— А обещал не трогать! — пошутила она, но вздохнула так, что Артём не сомневался: ей приятно. И даже очень.
— Я и не трогаю. Ну, почти. Обнять-то можно? Иначе я под этим одеялом не помещусь, если не обнимать.
— Дело, конечно, только в одеяле, — пошутила Аля с улыбкой, опускаясь обратно на подушку. Артём не стал медлить — тут же обнял обеими руками, прижавшись ещё теснее, чтобы и самому чувствовать Алю, и она его чувствовала. А там было что чувствовать, мягко говоря.
— Боже, — выдохнула она еле слышно, пока Артём располагался удобнее, сцепив ладони в замок на талии девушки. Как бы удержаться от того, чтобы не пощупать? Потрогать грудь Али хотелось просто невероятно, пусть даже и поверх белья.