- На каком этаже вы живете? - внезапно спросил он.
- На первом, но там все же высоко, - сказала подруга, всхлипывая и глубоко вздыхая, отчего декольте ее топика раздвинулось еще шире.
- Вместо того, чтобы превышать скорость и нарушать правила дорожного движения, создавая угрозу безопасности на дороге, вам следовало позвонить в службу "911", - тоном профессора отчеканил офицер. - Рисковать, доставая кота с карниза, тоже не выход. Это может закончиться для вас плачевно. Подобными вещами должны заниматься специалисты.
- Я уже доставала его несколько раз с карниза. Это совсем несложно. Зачем же отвлекать полицейских от более важной, нужной и действительно опасной работы! - искренним и в тоже время торжественным тоном произнесла Джулия и опять вздохнула, приподнимая свой бюст. А я же, наблюдая за этим театром одного актера, в очередной раз отметила, что в Джули однозначно умерла великая актриса, ей нужно было поступать не на экономический, а ехать в Голливуд.
На мгновение на лице офицера Брауни проявилась некая эмоция, что можно было считать заслугой Джулии и ее талантливой игры, но уже в следующую секунду полицейский тоном, не терпящим возражений, произнес:
- Согласно закону штата Вашингтон, вы нарушили как минимум четыре правила дорожного движения, создали на дороге аварийную и опасную для жизни окружающих ситуацию, что было зафиксировано видеокамерами и что дает мне право выписать вам штраф, который вы должны оплатить в течение месяца.
Сказав это, он выписал квитанцию так быстро, что Джулия даже не успела ничего произнести, как бумага была уже у нее в руках. Но на этом офицер не закончил:
- Также ваши сегодняшние правонарушения будут зафиксированы в вашем деле водителя и номера вашей машины внесены в особый список. Если вас еще раз поймают на превышении скорости или на любом другом правонарушении на дороге, вас лишат прав как минимум на год и как максимум пожизненно, что будет решать уже суд.
Джулия опять не успела ничего сказать в ответ, как офицер протянул ей документы. Но и это, как оказалось, был еще не конец.
- Сейчас вы поедете домой, следуя за мотоциклом, - безапелляционно заявил офицер Брауни.
- Мы практически приехали и через несколько кварталов уже наш дом. Вы можете не сопровождать нас, - произнесла я как можно спокойнее.
- Нет, - твердо ответил полицейский. - Вы поедете в моем сопровождении. Я обязан убедиться, что вы больше не нарушите правила, торопясь к своему питомцу.
Сказав это, офицер направился к своему мотоциклу.
Подруга метала глазами молнии, сжимая изо всех сил руль, и ее ногти с идеальным маникюром впивались от злости в ладони. Джулию не раз останавливали на дороге, и женские хитрости, наряду с артистичностью и яркой внешностью всегда работали безотказно, но сегодня что-то пошло не так - первый раз в жизни ее чары не сработали, и игра не удалась.
Правда, надо было отдать должное Джули, она играла до конца - это была Королева в печали, незаслуженно осужденная Мария Антуанетта, которую везли на казнь. Она была хороша в своем горе.
Я же соображала, как быть дальше и что говорить, если офицер Брауни захочет проверить, все ли в порядке с нашим котом, зайдет к нам домой и обнаружит, что наш очаровательно милый кот похож скорее на наглую рыжую бестию, что он вовсе не милашка, а боец с отгрызенным ухом и загипсованной лапой, и уж тем более не требует помощи от "любимой хозяйки" - Джулии, которую в реальности он готов был съесть, была бы его воля.
Мы медленно следовали за мотоциклом, который плелся со скоростью двадцать миль в час, и наконец припарковавшись рядом с нашим домом, присоединились к полицейскому, уже снявшему шлем и внимательно смотревшему на наш дом.
- Где ваши окна? - сердито спросил он.
Джулия, все еще находясь в образе, трагично подняла руку и указала на первое попавшееся открытое окно на нашем этаже.
- Скорее всего кот вернулся в квартиру, - тоном Марии Антуанетты перед казнью произнесла подруга.
Офицер более не произнеся ни слова, официально с нами попрощался и уехал, а я с облегчением вздохнув, повела расстроенную Джули домой - самым неприятным для нее было то, что теперь она не могла гонять на своем любимом автомобиле. Мне было очень жаль подругу, и я понятия не имела, как ей помочь. Единственное, что я могла для нее сделать - приготовить для нее чай и сэндвич. И уже через полчаса, наскоро вместе поужинав, мы в минорном состоянии разошлись по комнатам.