- И правда объект-невидимка, - усмехнулась Джули, рассматривая здание.
- О, вот и Итан, - помахала рукой Эмили, и я увидела, как от очереди отпочковалась знакомая фигура.
- Девушки, вас и не узнать, такие нарядные, - улыбнулся Итан, подходя к нашей группе, и, как только мужчины представились друг другу, Райан провел нас ко входу, у которого стояли два внушительных размеров охранника.
На секунду я забеспокоилась, что нас не пропустят, потому что мне не было еще двадцати одного года, но как только Райан бросил пару фраз секьюрити, тот отошел в сторону, позволяя нам зайти внутрь.
Когда мы поднялись по широкой, устланной зеленой ковровой дорожкой лестнице в основной зал, по ушам ударила громкая музыка, а в глаза бросился необычный интерьер, выдержанный в очень странном стиле. Я бы назвала его военно-футуристическим. Однозначно, здесь поработали дизайнеры высшего класса - клуб выглядел совершенно неординарно: он гармонично сочетал в себе милитаризм и холодный современный хай-тек. Создавалось такое ощущение, будто мы попали на военно-морское судно из будущего, и только разъедающая взгляд неоновая подсветка, которая переливалась всеми цветами радуги, отдаленно напоминала светскую тусовку. Весь танцпол и кожаные диваны по периметру были забиты посетителями, по стенам клуба ярко-зелеными каплями на черном фоне текли сверху вниз буквы и знаки из которых можно было составить слово "Стелс", а музыка гремела так, что уши закладывало.
- Это Кельвин Харрис? - внезапно прокричал Итан, показывая на мощное возвышение диджейского пульта в виде открытой капитанской рубки в неоновой подсветке.
- Скорее всего, - согласилась Джули, рассматривая диджея в наушниках на фоне огромного черного экрана-стены, по которому неслись футуристического вида электронные изображения и словно в калейдоскопе менялись с каждым тактом музыки.
Внезапно музыка начала растягиваться, как схваченная в замедленной съемке летящая пуля, и на секунду в пространстве повисла тишина.
- Смотрите, - бросил нам Райан и указал подбородком на барную стойку, которая так же, как и танцпол, была битком забита пестрой, дорого одетой публикой.
В первую секунду я не заметила ничего необычного - за мраморной стойкой стоял бармен-азиат с шейкером в руках, но уже через мгновение он, словно фокусник-иллюзионист в тишине взмахнул рукой, и с новой волной музыки, ударившей по ушам, вся барная стойка загорелась по всей длине, скрывая невысокого бармена за стеной ярко-оранжевого пламени.
Толпа одобрительно взревела, и как только огонь исчез так же неожиданно, как и появился, продолжила отдыхать, как ни в чем ни бывало.
Вцепившись в Джули, я не отпускала ее ни на секунду, опасаясь потеряться в этом военно-футуристическом хаосе, и отчетливо чувствовала ладонь Итана, поддерживающего меня за локоть. Райан, державший за руку Эмили, повернулся к нам и, перекрикивая музыку, с улыбкой сказал:
- Нам наверх в чилаут-зону!
Произнеся это, он указал в сторону металлической винтовой лестницы, перекрытой внушительных размеров охранником, стоявшим, как страж на входе в крепость. Райан поздоровался со здоровяком, и тот отступил, пропуская нас в зону для избранных.
Поднявшись наверх, мы увидели длинный коридор и по обе стороны от него закрытые затемненными широкими стеклянными дверями сферические ниши, словно отсеки на корабле, внутри которых стояли круглые удобные мягкие диваны и кресла вокруг обтекаемых стальных столиков. Все было выдержано в металлических тонах и сияло в полумраке. Здесь музыка не оглушала, и можно было разговаривать, не напрягая голоса. Пройдя несколько ниш, мы остановились у нашей, и я краем глазам обратила внимание на широкие двери центрального, самого большого отсека, расположенного в тупике коридора. Я машинально повернула голову, и мое сердце ухнуло вниз.
Глава 18.
Мое сердце билось, как сумасшедшее, и я не могла поверить своим глазам - через прозрачные двери отчетливо был виден Барретт, сидевший в расслабленной позе на большом полукруглом диване. Несколько верхних пуговиц его белой рубашки были расстегнуты, запонки в виде тегов мерцали в приглушенном свете, а пальцы небрежно сжимали сигару. На столе стоял хрустальный бокал, на одну треть наполненный янтарной жидкостью, а рядом поблескивала и создавала сложные узоры на поверхности отполированного стола красивая хрустальная пепельница. Глаза Барретта были закрыты, и создавалось впечатление, что он отключился или полностью погрузился в свои мысли. В его ложе больше никого не было, и лишь вплотную к двери стоял, скрестив руки, плечистый телохранитель. Увидев нашу группу, возглавляемую Райаном, парень кивнул, а Райан, развернувшись к нам лицом, улыбнулся одной из самых своих очаровательных улыбок и указал направо, направляя наше внимание на пустующую нишу.