Я подходила все ближе и ближе, с улыбкой на лице, желая подружиться с этим грациозным Зверем, как вдруг он остановился и посмотрел исподлобья на меня. Было в этих глазах цвета ртути что-то знакомое, и наряду с этим предупреждающе-опасное. Но я, как завороженная и загипнотизированная этим взглядом, шла вперед, желая прикоснутся к густой шерсти Хищника, и верила, что несмотря на его грозный вид, он меня не обидит.
Вплотную приблизившись к Тигру, я бережно, опасаясь спугнуть, дотронулась кончиками пальцев до его жесткого загривка, и меня вновь посетило чувство, будто я уже гладила его, мои пальцы помнили эти ощущения густой жесткой шерсти.
Я осторожно провела рукой вниз и внезапно почувствовала опасность - Хищник грозно зарычал, оголяя страшные клыки, и его рык эхом отозвался по лесу. От этого оскала у меня внутри все похолодело, и я, резко убрав руку, стала медленно отходить назад. Но Хищник, уже разозленный то ли моим прикосновением, то ли желанием подружиться, посмотрел исподлобья на меня, и не успела я опомниться, как он с грозным рыком в прыжке полетел на меня.
- Нееееет! - закричала я, до боли зажмурив глаза, и резко проснулась.
Сердце колотилось о ребра, спина покрылась испариной, руки заледенели, а перед глазами стояла картина хищной морды с оскалом.
Я села на постели, пытаясь отойти от этого странного пугающего сна, а моя интуиция внезапно забила в висках пульсирующей болью “Барретт в резиденции”.
Глава 22. Часть 2.
Я ощущала его присутствие, и мне казалось, что я чувствовала передвижения моего призрака - вот он в столовой, а вот он уже направляется на этаж спален. Поэтому когда послышались шаги а затем и голоса - Барретта и Лата, я даже не удивилась.
Они говорили по-тайски, не задумываясь о том, что их могут услышать, и я отчетливо различила, как Барретт произнес мое имя. Он что-то спрашивал обо мне у Лата, и тот ему отвечал.
В холле наступила тишина, и я вновь легла на подушку, пытаясь уснуть, но безуспешно. В голове крутился один вопрос - зачем он спрашивал обо мне.
Дверь отворилась внезапно. Тихо, уверенно и по-хозяйски. Я настолько не ожидала этого позднего визита, что резко села на кровати, пытаясь унять сердцебиение и привыкнуть к вспыхнувшему свету.
Желая защититься от Сероглазого Хищника, я поплотнее укуталась в пижаму, как в броню, но он, вопреки моим ожиданиям, не торопясь направился в гардеробную. Барретт был уже без пиджака и галстука, и я обратила внимание, что по дороге он медленно расстегивал запонки - будто освобождаясь от бизнесаксессуров, он переходил в другой режим - расслабляющегося Хищника в своем логове.
Открыв дверь гардеробной, он секунду сканировал пространство, вероятно, оценивая сложенные в угол нераспакованные коробки и разложенные по полкам мои вещи из дома. Так ничего и не сказав, он направился в мою сторону, и я, как никогда, чувствовала себя сейчас в одной клетке с Хищником - спокойным, умиротворенным, но очень опасным. Вспомнив свой сон, я затаила дыхание, будто опасаясь нападения, и еще плотнее прижала колени к груди.
Приближаясь ко мне, он расстегивал пуговицу за пуговицей своей белоснежной, но немного помятой после работы рубашки, и чем ниже спускалась его рука, тем отчетливей я понимала - зачем он здесь.
Не успела я отреагировать, как он, по-хозяйски откинув одеяло, подхватил меня под мышки и вытащил из постели.