Он медленно подошел к моему креслу, где я сидела, и, просканировав мое лицо, тихо спросил:
- Ты почему с утра ничего не ела?
- Я была не голодна, - честно ответила я.
Мне хотелось добавить, что в неволе аппетит не развивается, но, понимая, что мои слова ничего для него значить не будут, промолчала.
Более ничего не сказав, он лишь прошелся равнодушным взглядом по моей комнате и поставил меня перед фактом:
- Одевайся. Через пятнадцать минут мы едем ужинать, - после чего такой же спокойной походкой вышел из спальни.
Но отведенного времени на сборы мне разумеется не хватило. Будучи от рождения копушей, как меня называл папа, я опоздала еще как минимум на пятнадцать минут, пока умывалась, пыталась собрать в ровный гладкий хвост свои непокорные пряди и натягивала свое новое платье. Посмотрев на себя в зеркало, я осталась довольна. Черное приталенное платье, чуть расклешенное к низу, длиной ниже колена, от фирмы Givenchy, сидело на мне хорошо - оно подчеркивало мою тонкую талию и скрывало объем моей попы. Правда, когда я увидела это платье на витрине, мой глаз зацепил скорее не фасон, а оригинальность - от подола взлетали ввысь вышитые шелком разноцветные маленькие бабочки, и долетая до закрытого лифа и короткого рукава удобно там усаживались, расправляя и демонстрируя свои красивые крылья.
В тон платью были и мои черные шелковые балетки с маленькими бантиком спереди. Правда, я совсем не подумала о сумке и теперь стояла с сотовым, расческой, малиновым блеском для губ и массой других вещей, не зная, куда все это положить. Так ничего и не придумав, я решила вернуть все обратно в свой кожаный черный рюкзак - по крайней мере по цвету он подходил.
Спустившись в фойе, я обнаружила полную тишину, и решила, что хозяин этого дома уехал ужинать без меня, чему я не очень и огорчилась - не любила я презентабельных ресторанов. Но внезапно в кабинете послышался голос Барретта, говорившего по телефону, а через несколько минут он и сам появился в фойе.
Он бросил короткий взгляд сперва на мое платье, потом на балетки и внезапно спросил:
- Ты все вещи в детском отделе покупаешь?
- Почему в детском? - нахмурилась я, инспектируя отражение своего внешнего вида в отполированных черных дверях лифта. - Это платье висело на витрине дорогого бутика, и… и оно для взрослых! И… и размер у платья тоже взрослый! - попыталась я отстоять свои позиции, а Барретт не слушая моих возражений, положил руку на мою поясницу и подтолкнул к лифту.
Но мое настроение было окончательно испорчено - теперь, когда меня обозвали ребенком в детском платье, мне вообще никуда не хотелось ехать, и я уперлась пятками, не желая заходить в лифт.
- Я не поеду… я здесь останусь… - запротестовала я.
- Я с тобой не дискутирую, - коротко бросил он и, уже в следующую секунду подхватив меня одной рукой под попу, вошел вместе со мной в лифт.
Выйдя на парковку, на которой нас уже ждал Дуглас, Барретт вновь зафиксировал мою поясницу, вероятно чтобы я не артачилась, и повел меня к джипу. Открыв заднюю дверь, он, видя мое нежелание ехать в ресторан, вновь подхватил меня под попу и, посадив в джип, плотно захлопнул дверь, будто я могла сбежать.
Как только он сам сел в машину Дуглас тихо поинтересовался:
- В Эмпайер или Дениэл?
- На пятидесятую, - коротко бросил Барретт, и уже через несколько минут мы пробирались по шумному, заполненному машинами и людьми вечернему Манхэттену.
Всю дорогу до ресторана в машине стояла тишина, лишь иногда прерываемая короткими разговорами Барретта по телефону.
Внезапно на весь салон заиграла до боли знакомая цветочная ария из “Лакме” Делиба, которую я установила на свой телефон, - вероятно звонила Джулия. Под мелодичное сопрано Анны Нетребко, я судорожно пыталась выловить из рюкзака мой неуловимый телефон, ругая себя последними словами, что не включила вибро-режим. Наконец, к моей большой радости мелодия стихла, и через минуту послышался характерный звук пришедшего смс. Но, как назло, я все еще не могла найти сотовый, и мне под руку попадались то расческа, то плеер, то кошелек, но никак этот чертов маленький телефон.
Чувствуя, что я своим копошением привлекла внимание Барретта, я совсем разнервничалась и, чтобы найти сотовый побыстрее, начала по очереди доставать предметы из сумки, складывая их на коленках.
- Еще минута и я поверю, что ты достанешь из своего вещмешка гранату, - внезапно услышала я спокойный голос Барретта и вскинула на него взгляд. Он с невозмутимостью каменного изваяния смотрел на мои коленки, где небольшой горкой лежали вещи.