Барретт, откинувшись на подушки, закрыл глаза, а мое сердце кольнуло ноющей болью одиночества, словно там вместо нашего общего космоса, образовалась пустота.
Я бросила взгляд на его спокойное лицо, и видя, как он моментально погрузился в глубокий сон - будто выключившийся киборг, свернулась калачиком по другую сторону кровати, все еще приходя в себя и чувствуя слабость, оттого что он в очередной раз выпил меня до дна, только теперь по моей же собственной воле.
“Надо встать и уйти в свою комнату”, - пунктиром пронеслось в моем сознании, но в следующую минуту я отключилась, погружаясь в вакуум сна.
Сквозь плену каких-то неясных образов я отчетливо услышала знакомую мелодию - я не могла вспомнить, почему она мне знакома, но одно я знала наверняка - она мне нравилась, а между тем глубокое сопрано пело по-французски что-то о жасмине, весне и птицах.
Открыв глаза, я поняла, что это звонит мой мобильный, и резко села на кровати, спросонок пытаясь найти телефон. Но оглядевшись, я осознала, что нахожусь в спальне Барретта, и судорожно начала искать свое белье, краем глаза отмечая, что я в постели одна.
Впопыхах, так и не найдя свою майку, я накинула рубашку Барретта и, плотно ею укутавшись, побежала в свою спальню, краем глаза отмечая, что за стеклянной панелью уже рассвело.
Между тем телефон смолк, а я, вбежав в свою спальню, ринулась к тумбочке. На экране мобильного высвечивался пропущеный звонок от Джули и время - 6.44.
Понимая, что в такую рань Джули от нечего делать не звонила бы, я быстро нажала на вызов и уже через гудок услышала голос подруги.
- Лилл, ну ты доигралась со своим отпуском… - сказала Джулия встревоженным голосом.
- Что случилось? - напряглась я.
- Твой Тигр случился! - с досадой ответила подруга.
- Что с ним? - и я замерла, ожидая ответа.
- Твой Тигр вчера вечером убежал из дому. Я облазила все близлежащие помойки в его поисках, чего я тебе в жизни не прощу. Но это отдельная история, и я тебе еще успею вынести мозг. Сейчас не об этом. Сегодня этот потерпевший пришел домой весь в крови, и у него очень сильно распухла задняя лапа, однозначно перелом. Я его пыталась отвезти в ветеринарку, так этот засранец не дается в руки. Забился в угол у тебя в шкафу и держит оборону там. Так что если хочешь спасти свое рыжее чудовище, приезжай срочно домой! Там не только нога, мне его рваные раны тоже не нравятся - и где его так угораздило? Их однозначно нужно обработать, а может и швы наложить. Я к нему даже подойти не могу, не то чтобы отвезти его к ветеринару. Ты же знаешь, он дается в руки только тебе.
- Джули, милая, я сейчас приеду! Ты только не нервируй его и постарайся не делать резких движений, он этого не любит, - выпалила я и, поплотнее завернувшись в длинную рубашку Барретта, вылетела в коридор, в надежде, что Барретт еще в пентхаусе, и я смогу с ним поговорить, пока он не уехал на работу.
- Ладно, - ответила Джулия уже более спокойно. - Я просто не знаю, как его выманить из твоего шкафа.
- Расстели мой синий мохеровый свитер на кровати - он его очень любит. К тому же моя постель - его любимое место… - давала я быстрые инструкции, направляясь из зала в столовую.
- Хорошо, попробую, - согласилась подруга, а потом тихо пробурчала: - "Не нервируй его". Это еще нужно разобраться, кто кого нервирует!
- Ну прости его. Ты же знаешь, он привык только к моим рукам.
- Вот и приезжай, - заключила Джулия, а я, ворвавшись в столовую, резко остановилась, наткнувшись на спокойный взгляд стальных глаз.
Глава 13.
Уже не пытаясь понять, в каком Барретт настроении, и что будет, если я вновь ему возражу, я быстро проговорила, не в состоянии успокоить нервный тремор:
- Мне нужно домой. Сейчас. Очень срочно нужно!
Но Барретт, по обыкновению, никак не отреагировал и, лишь просканировав мое лицо, тихо приказал:
- Подойди ко мне.
Понимая, что он вероятно хочет померить мой пульс, я, обогнув стол, быстро подошла к нему и, выравнявшись по стойке смирно, встала перед ним.
Он протянул пальцы к моему горлу, а я, чтобы не терять времени продолжила уже более спокойным тоном, чтобы моя просьба не выглядела истерикой, какую я устроила в день возвращения из Нью-Йорка.
- Звонила моя подруга. Джулия. Мой кот, - и я на секунду остановилась, чтобы сформулировать мысль, - он попал в беду. Вероятно, где-то подрался. У него сломана лапа и рваные раны на теле. Мне нужно срочно отвезти его к ветеринару.
Но Барретт продолжал молчать, вероятно, не видя никаких причин для того, чтобы меня отпустить раньше субботы, и я продолжила: - Кот чужих не любит, никогда никого к себе близко не подпускает и никому в руки не дается, кроме меня! Мне нужно срочно домой! Пожалуйста! Я сама на такси доеду! - уже не на шутку нервничала я, чувствуя, как мое сердце неистово застучало о ребра.