«Глеб, привет»
Глеб: «Привет»
Дашка: «Может, заедешь сегодня? Не могу забыть последний минет. Ты такой горячий был»
Глеб: «Даш, прости, сегодня не могу»
Дашка: «Почему?»
Глеб заметил, что с тех пор, как появилась Вика, Дашка стала проявлять к нему больший интерес, постоянно пытаясь его затащить к себе.
Глеб: «Занят сильно»
Дашка: «Да ладно тебе. Ты в любое время можешь поработать, ты же не привязан к офису»
Глеб: «Сроки поджимают. Надо работу сдавать»
Дашка: «Широков, ты часом не влюбился? Я давно заметила, что ты сам не свой ходишь»
Глеб на минуту задумался, Дашкин вопрос поставил его в тупик. Он влюбился, да ну глупость какая. Он уже раз любил и чем это все закончилось.
«Нет, больше я на эти грабли не наступлю», – заверил оно себя мысленно.
Да, ему нравится Вика, но это не любовь, просто, видимо, он увлечен ею. Она живет с ним под одной крышей, постоянно маячит перед ним, поэтому он так и реагирует на нее, а стоит ей уехать и все встанет на свои места.
Глеб: « Не говори ерунды. Я серьезно говорю, просто занят»
Дашка: «Ладно. Тогда не пропадай надолго, я же хочу тебя и моя киска скучает в одиночестве»
Дарьин вопрос о любви выбил парня из колеи. Глеб не хотел принимать этой мысли, когда-то он поклялся себе, что он больше не будет никогда никого любить, кроме матери. Потому он был настолько раздражен, что ему хотелось проломить стену кулаком. Не хотел он любить Вику, верней сказать он боялся ее любить, но как же его тянуло к ней.
«Не знать, не видеть, не думать. К черту все!»
Влетев на третий этаж и войдя в квартиру, он прямиком направился в свою, нет, теперь уже не свою, а их совместную с Викой, спальню. Распахнув дверь, парень увидел девушку, сидящую в позе лотоса на кровати, наклонившись над бумагами. На девчонке опять были эти гребанные короткие шорты, и их было практически не видно за переплетенными между собой ногами, казалось, что она сидит голая. Он кинул бумажник на стол, сел на свое кресло и, посмотрев на нее, язвительно спросил:
– У тебя, что нет спортивных штанов?
Девушка, опешив от такого вопроса, округлила глаза. Она встряхнула головой, отчего ее волосы рассыпались по спине.
– Почему нет. Есть, – она смущённо пожала плечами, – а зачем тебе мои штаны? – последовал вопрос.
– Да ладно, – опомнившись, махнул рукой Глеб. – Забей. Я так… ляпнул, не подумавши.
Он крутанулся в кресле и, отвернувшись от нее, включил компьютер. Не оборачиваясь на нее, спросил:
– Все сделала?
– Почти, – ответила девушка.
– Давай сюда, – не глядя на нее, он протянул руку, – ты иди, займись своими делами, а я пока проверю.
– Я тогда пойду пока прогуляюсь перед сном, – сказала девушка и направилась в сторону шкафа за одеждой.
– Уже поздно, и одна ты никуда не пойдешь, – грубо отрезал Глеб.
– Что со мной случится? Я же здесь рядом буду, – возразила девушка.
– Я сказал, ты никуда не пойдешь. Что неясного? – у него сверкнули глаза.
Глебу совсем не хотелось отпускать девушку одну, тем более, там на площадке крутился Макар, он не даст Вике проходу, придется морду ему бить. Нет, лучше пусть сидит дома. Да и в парке вечером отморозков всяких хватает. Нет, он ни за что ее одну не отпустит, он придумает для этого кучу причин.
– Мы еще не закончили с тестами, я должен проверить, а потом ещё должны поработать над ошибками, так что сегодня гулять у тебя не получится, – продолжал репетитор, – иди, попей пока чаю, и через пятнадцать минут приходи, обсудим твою работу.
Девушка обречённо вздохнула и вышла из комнаты. Глеб и не думал проверять ее тесты, ему просто нужно было время успокоиться. Вика вернулась минут через двадцать. Она забралась на кровать и вновь села в позу лотоса.
«О Господи, неужели нельзя сесть по-другому!».
Парень присоединился к девчонке, сев лицом к ней. Между собой молодые люди расположили бумаги. Глеб начал с первой страницы, отмечая правильно сделанные варианты ручкой. В первой части девушка без проблем все решила, а вот во второй Глеб находил ошибки и рассказывал Вике, где и что именно она не правильно сделала. Вся эта работа над ошибками давалась Глебу с огромным трудом, это была самая настоящая пытка. Ему приходилось не поднимать глаз от бумаг, не смотреть на девушку, иначе перед ним открывался вид на ее сложенные ноги и на ложбинку между грудей. Волосы её спадали вперед, и когда она тянулась за очередным листком, то касалась ими руки Глеба. От их прикосновения кожа Глеба горела огнем, ему хотелось взять прядь в руки и попробовать ее на ощупь. Девушка вела себя естественно и совершенно не придавала значения своим действиям, она внимательно слушала парня, задавала ему вопросы и вникала в ответы. Глеб же был, как на иголках. Стоило чуть поднять взгляд, и вот она гладкая шелковистая кожа ног в миллиметре от него, только протяни чуть руку и дотронься. Глеб думал, и на фига он ей столько задал и хотел лишь одного, чтобы эти бумажки побыстрей закончились. Когда в стопке осталась последний лист, Глеб поднял голову и посмотрел на девушку.