- Пользуйся, пока свой не найдешь, - щедро разрешила. - Водички мне принеси.
- Чего?
Юрка не узнавал одноклассницу. Вроде бы это была она: хорошо знакомая, местами противная, временами глупая, но в целом вполне терпимая Васька. С другой стороны - это была уже не она. Конечно, он с Вербицкой после школы никогда не общался - ему и на занятиях ее хватало - спасибо, больше не надо. А тут - ну просто новый человек!
- Воды, говорю, принеси! - наклонилась к нему Васька. Слова она произносила четко, видимо, решив, что после уроков Пулейкин тупеет окончательно и бесповоротно.
А Юрку словно заклинило. Он вообще перестал понимать, что ему говорят.
- Из-под крана? - запнувшись на первом слове, переспросил он.
- Совсем больной? Кипяченой!
И он на ватных ногах побрел в кухню. Не сразу нашел стакан - все ему почему-то попадались чашки с надколотыми краями, с отбитыми ручками, а то и вообще - железная кружка. В панике из-за того, что он уже долго копается, Юрка принялся наконец найденный стакан мыть, потом долго тер его полотенцем, оставляя на прозрачных боках тканевые ворсинки.
Когда он наконец вернулся в комнату, Васьки там не было.
От неожиданности Пулейкин чуть стакан на пол не грохнул. Постоял несколько секунд на пороге, задерживаясь взглядом на каждом предмете, попадавшем в его поле зрения.
Пусто.
Он заглянул в комнату к родителям. Прошелся по коридору. Холодная вода приятно освежила его. Он выпил стакан до дна и только потом заметил приоткрытую входную дверь.
Ну конечно! Он так удивился, увидев Ваську, что не закрыл за ней, а она-то была и рада сбежать…
Стоп: а зачем она вообще приходила?
Волнение неприятными мурашками прошмыгнуло по телу, сбило дыхание. Сердце заколотилось, так что перед глазами у Юрки все запрыгало.
Что-то пропало! Он готов был голову дать на отсечение - Васька приходила не ради учебника! Корявый сверток лежал там, где его и оставил Юрка - на кровати. Но он был всего лишь поводом, чтобы обменять его на какой-то другой предмет.
- Ну, кикимора болотная! - выругался Пулейкин, «оживляя» телефон. Конечно, Васька к телефону не подошла. Все, что ей надо было, она уже сделала или выяснила. Небось запаслась прогнозом у Андалузии, что проблем с Пулейкиным не будет, и рванула к нему. А карты у Леоновой, должно быть, новые появились, чтобы предсказания ее сбывались. Потому что если она не восполнила утрату, то грош цена ее пророчествам.
Полчаса Пулейкин лежал на диване, размышляя: что бы это значило и не может ли такого быть, что Вербицкая в него влюбилась, и теперь ей срочно понадобилась от него какая-нибудь вещь? Чтобы было что прижимать к груди долгими осенними ночами?
Телефонный звонок вывел его из полудремотного состояния задумчивости.
- Ну и где ты? - уныло поинтересовался Митька. - Я тебя уже полчаса жду!
- Зачем ждешь? - спросонья Юрка соображал плохо.
- Сам написал мне эсэмэску, чтобы я к школе подошел. А ты чего, не выходил еще?
- Я выходил?
Юрка на всякий случай огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что в комнате не спрятался еще какой-нибудь Пулейкин, который сможет ответить ему на этот вопрос.
- Ты чего, спишь? - окончательно разозлился Митька. - Тут, между прочим, дождь идет!
И Юрка все понял.
- Погоди, - прошептал он в трубку и начал просматривать отправленные сообщения.
Точно. Было! «Срочно приходи к школе!» Ах ты, Васька, хитрый кот. Пока он возился со стаканами, она и эсэмэску Митьке успела отправить, и стащить что-то, и убраться восвояси.
- А дома у тебя сейчас кто? - спросил Юрка, чувствуя, как неприятно дрожат от волнения руки.
- Тебе-то чего? Ты придешь?
Митька жил с родителями и бабкой. Хозяйственная такая, деловая старушенция, пироги хорошо пекла. Баба Маша знала всех учившихся в их классе. Конечно, Ваську она в дом пустит и позволит ей покопаться в Митькиных вещах.
- Быстро беги домой! Не дай Вербицкой уйти!
- Откуда уйти? - ступил Ельцов.
- Это она тебе эсэмэску отправила. Она была у меня, что-то взяла. Теперь к тебе пошла!
- Зачем?
- Любовные записки под коврик класть!
- Дура, что ли?!
Юрка взвыл и кинулся искать джинсы. Рубашка домашняя, ботинки, куртка… Мокрая еще. Ничего, сейчас она еще больше намокнет.
Емцов обитал в трех домах от него, около шоссе, в многоподъездной пятиэтажке.
- Здравствуй, Юрочка, - еще в домофон заворковала баба Маша. - А Митеньки нет!
- Вербицкая к вам приходила?
- Да. Только что ушла. Ты ее на лестнице успеешь встретить.
Кодовый замок запищал. Юрка толкнул дверь. Как водится, она скрипнула.