Однако я никак не могла избавиться от воспоминаний об этой беседе и снова и снова возвращалась в мыслях к тому вечеру, лежа, вытянувшись, на столе профессора и наблюдая за рыбкой в аквариуме, пока он овладевал мной сзади. Шикарная фантазия: представьте, как оживит завтрашнюю скучную встречу со студентами мысль о том, что происходило накануне на этом самом столе. Как оказалось, многие мужчины придерживаются того же мнения, потому что некоторые клиенты предпочитали трахать меня в таких местах, которые позже служили бы для них источником тайного сексуального знания: на столе в прихожей, на столе перед аудиторией, на смотровом столе в приемном покое и так далее.
Мне было интересно, слышат ли они на следующий день мои отраженные эхом стоны.
Слова Сэта мешали мне получать удовольствие от того, что я доставляю радость профессору. Знаете, некоторые люди так искренне радуются вам и тому, что вы для них делаете, что трудно не разделить их счастье. Этот мужчина был похож на ребенка под Рождество: радостно восклицал, увидев мою грудь, лучился удовольствием, когда я его ласкала, и хитро смеялся, освобождая для меня место на столе. Его оргазмы были выражением чистейшего удовлетворения и удовольствия, которое я когда-либо видела. Какая разница, кто подарил его этому человеку? Радость настолько редкая гостья в этом мире, что ее надо спешить поймать, прочувствовать и полюбить. Женщина принесла ему счастье, и важно то, что он его почувствовал, а не то, что она была проституткой.
Сэт не выходил у меня из головы весь вечер. Проблема заключалась в том, что я никогда не воспринимала его как мужчину, он же отреагировал на мою новость именно по-мужски. Ну что ж, у него было на это право. Он - мужчина. Только вот для меня он никогда не обладал половыми признаками: он был просто Сэтом.
Сексу в наших отношениях не было места. Когда я проходила через стадию своего мнимого гомосексуализма, мы обращали внимание на одних и тех же женщин, но это была всего лишь игра. Я нс хотела, чтобы он был похож на остальных. Мне он был нужен таким Сэтом, к которому я привыкла: надежным и не похожим на всех, кого я знала. Я не хотела играть с ним в те же игры, что мне ежедневно навязывал окружающий мир.
После того разговора мы продолжили общаться по электронной почте и иногда созванивались. Всякий раз, когда он спрашивал меня, не бросила ли я свою новую работу, я отвечала отрицательно, и он напоминал:
- Будь осторожна, дорогая. Береги себя.
Мне это нравилось. Мне нравилось, что он обо всем знал, принимал это и по-прежнему оставался ко мне не безразличен. Сразу после Рождества он прислал сообщение: «Моя компания командирует меня в Бостон! Ура! Как ты отнесешься к приглашению выпить в «Ритц» и отужинать в «Мортоне» за их счет?»
Я ответила: «А ты как думаешь? С нетерпением жду встречи! Твоя компания не поскупилась? В прошлом году тебя поселили во «Временах Года», а какой отель самый модный в этом году?»
Мой почтовый ящик запищал спустя минуту: «Какая разница? Главное - чтобы у них по-прежнему убирали в номерах и приносили еду по заказу.
Кофе и яичница с беконом по утрам - вот мои скромные пожелания. Кроме того, в этот раз мой номер состоит из нескольких комнат. Встречаемся в следующий четверг в семь. Я остужу шампанское к твоему приходу!»
Я ничего не могла с собой поделать. «Какое шампанское?»
В тот вечер электронная почта работала как никогда оперативно. Пип! «Выбирай. Я закажу, что ты захочешь. Когда это я довольствовался второсортным продуктом?»
Я быстро напечатала ответ: «Ну, взять, например, твою жену…»
Пип! «Тебе было обязательно об этом напоминать? До встречи в следующий четверг. Будь осторожна!»
Прошла неделя. В четверг я отпросилась с работы. До трех я пыталась работать над новыми лекциями, потом сдалась и пошла на прогулку к реке, на обратном пути заглянув в магазин. Было ужасно холодно. Я искренне надеялась, что Сэт не пожалеет денег на такси, чтобы доехать до ресторана. Вот уже пять лет, как он приезжает в Бостон и я встречаюсь с ним, чтобы выпить коктейль в гостинице, где он остановился, и поужинать в традиционном «Мортоне». «Знаешь, в Бостоне есть еще парочка-другая ресторанов…»
«А по-моему, нет».
Последний робкий протест: «А что, если я стану вегетарианкой?»
В «Мортоне» к столу приносят мясную вырезку, и вы выбираете не по меню, а по внешнему виду. Я имею в виду сырое мясо. Настоящее испытание для вегетарианца! Сэт был непреклонен: «Тогда будешь смотреть, как я ем».
Вечером я надеваю свое универсальное черное маленькое платье и нитку жемчуга, единственную драгоценность, которую мне удалось сохранить после расставания с уродом Питером. Быстро накладываю макияж, что с недавних пор вошло у меня в привычку, надеваю самое теплое зимнее пальто и еду в «Ритц-Карлтон». Судя по всему, компания преуспевает. Номера в этом отеле стоят от трехсот девяноста пяти долларов за ночь.