Машина, наконец, плавно сдвинулась, Вероника пустила две иглы, одну за другой, оба мордоворота упали – сыграл фактор неожиданности. Девушка спрыгнула, добежала до машины, склонилась над трупом, выхватила пушку из кобуры. Было бы неплохо забрать и вторую, но лучше одна пушка, чем пуля между собственных глаз. Вероника прыгнула в машину, дернула провода на сканере, красные диоды обиженно мигнули и погасли. Дверь закрылась с легким хлопком, двигатель зашипел и активировал антиграв. В кабине почти не ощущались колебания, салон приятно удивлял комфортом. Вероника взялась за рычаг, поднимая кар над площадкой, пробежала глазами по приборной панели, отметив показания датчиков. Эта ласточка должна ее домчать быстрее ветра.
Как Вероника и ожидала, товарищи по другую сторону не сразу зашевелились – тягач скрыл позорный провал операции. И, пока они перекрикивались, занимая свои места в гравикаре, Морозова вырулила над тягачом и, вдавив педаль в пол, пронеслась над самыми крышами вереницы машин. Синий всполох границы мигнул перед глазами, чуть раздражая сетчатку. Хотелось кричать от радости, сердце зашлось в груди – хотя бы первый пункт побега был выполнен.
Огни фар предупреждающе моргнули в зеркале заднего вида. Но здесь Морозова была уже в своей стихии, осталось разобраться, как включить автопилот и где поискать гранаты: в том, что в машине прятали сюрпризы, Морозова даже не сомневалась.
Следующие полчаса Веронику мотыляло между высотками, девушка вспоминала все труднопроходимые лабиринты лестниц между колоссами зданий. Старый город мог похвастаться такой беспорядочной застройкой, что неопытному летчику сложно было маневрировать во тьме между сваями и ярусами металлокомпозитных конструкций. Вероника отчаянно пыталась скинуть хвост, и пока это не удавалось. Обе машины, хоть и потрепанные, все еще летели, а сама Морозова панически пыталась выйти на связь. Правая рука немела, осколочное ранение было неглубоким, но кровь понемногу пропитывала рукав, а возможности перетянуть рану не имелось. Запас снарядов закончился, заряд батарей гравикара тоже подходил к концу.
В ухе что-то затрещало, сбивчиво и отдаленно звучал голос – Вероника даже не поняла, чей. Коротко отбила координаты и код машины, запросив помощи. Через двадцать секунд мило нее пролетел снаряд. Внизу на одной из площадок мигал свет, кто-то отбил сообщение морзянкой. Позади раздался взрыв, огненный цветок раскрылся и тут же собрался комком, увлекая вниз преследователей в смертельной ловушке.
Сыч что-то кричал в ухо, просил никуда не уходить, а Вероника потихоньку спускалась вниз, заприметив до боли знакомую дефектную голограмму румяного повара. Игнат с товарищами стоял на парковке, на крыше одной из машин возвышался миномет, местные курили и молчаливо наблюдали за приземлением гравикара и за девушкой, выползающей из груды битого железа.
– Надо же, отбили свою, – хмыкнул кто-то, вызывая смешанные чувства у Вероники. Ее ненавидели, с ней конфликтовали, кто-то боялся, кто-то мечтал убить. Когда она успела стать частью Старого города?
Раны были перевязаны, и к моменту, когда Вероника с чашкой кофе вышла на улицу, угнанной машины на парковке не имелось, все гости Игната испарились как по заказу, зато прибыл Сыч. За ней. Обманчивое чувство что она наконец в безопасности попыталось пробиться в сознание. Вероника позволила себя увезти, усталость и эмоциональные качели дали о себе знать. Казалось, она ненадолго прикрыла глаза, а открыла уже в гараже или, скорее, ангаре. Незнакомом. Тело заныло от неудобной позы – бросили Морозову как попало на небольшой диванчик. Правда, руки предварительно скрутили какой-то пластиковой фигней. Запястья не болели, но вывернуться из пут не было никакой возможности.
Тревожно оглядываясь, Вероника заметила Сыча, рядом с ним сидел Байт, что-то клацая, перед ним раскрывались и сворачивались прозрачные окна браузеров, несколько экранов выше выдавали одному ему понятную информацию, где-то едва заметно гудел сервер. Неужели хакер пригласил-таки в гости? При других обстоятельствах Вероника даже порадовалась бы.
– Скоро будет курьер?
– Да, еще пару минут, как раз очнется.
Вероника подумала, что ослышалась или все еще спит, но рана на руке болела вполне реально, и настраивала не особо дружелюбно, как и все остальное.
– Сразу скажешь ей?
– А чего тянуть, это бизнес, ничего личного. Артур хочет с ней побеседовать, а там сама решит, как ей поступить. Как по мне, проще согласится.