– И что вы сделаете? – обернувшись в темноте, горько улыбаюсь, и даже хорошо, что в темноте не было видно моих слёз и горькой улыбки. – Пожалеете бедную эскортницу, а потом снова трахнете её, не забыв перед этим унизить новой порцией оскорблений?
– Зачем ты так? Я же помочь пытаюсь.
– А как иначе? Вы сами меня научили такому. Своему бездушию и холодности, поэтому не удивляйтесь так, и не делайте вид, что вы глубоко оскорблены моей реакцией на вашу внезапную заботу.
Ничего лучше не делаю, выбегаю из комнаты и нахожу местечко, устроившись поудобнее на подоконнике кухни, ничего лучше не придумав. Но Бессонов конечно же не оставит меня в покое и сразу же пошел за мной.
– Диана, вернись в кровать.
– Это приказ?
– Нет, это просьба. Я прошу тебя вернуться в кровать.
– Что ещё вы меня попросите? Сделать глубокий отсос завтра утром или любезно подставить вам попку? Это у вас такой новый вид извращений? Не приказывать, а "просить"? …
Бессонов медленно вздыхает, качая головой. Его рука, зацепившаяся за дверной косяк очевидно напрягается. Я вижу, что он и сам устал от этого, но в чем проблема просто прогнать непослушную девчонку и спокойно себе отдохнуть, чем возиться с ней?
– Диана, я конечно признаю, что был мудаком и не всегда обходился с тобой по джентельменски, но это немного переходит границы, ты так не думаешь? Или я переходил какие-то видимые черты с тобой в постели? Ничего же из того, что ты озвучила, я не сделал. Хотя мог бы.
– Могли бы. И это ещё больше меня подкупило… – выдохнула тихо, прежде чем прикусила себя за язык, поняв, что сболтнула лишнего.
Прокурор застывает так, будто потрясен до глубины души и я понимаю, что он услышал.
– Что?
– Ничего.
Быстро качаю головой и горя от стыда убегаю обратно, радуясь, что он не успел меня перехватить. Потому что судя по его выражению, осознание было близко и оно пришло бы к нему с секунды на секунду.
Плюхаюсь в кровать и натягиваю одеяло по самый подбородок, зарываюсь в него носом, прячась от мира и изо всех сил дышу, стараясь уснуть. Бессонов возвращается минут через десять, когда меня уже одолевает дремота. Тихо ложится рядом, притягивая к себе и обнимая сзади. И когда он меня обнимает, ложа теплую ладонь мне на живот, я совсем не сопротивляюсь… Только чувствую, как сердце все чаще и чаще отбивает удары. А ведь там, в животе находится наш малыш, о котором он совсем ничего не знает.
***
Эта ночь показалась мне на удивление спокойной. Я спала как убитая, а рано утром, проснувшись от несильного шума, обнаружила, что прокурор собирается на работу, стоя перед зеркалом в спальне и возясь с галстуком, который все никак ему не поддавался.
– Доброе утро, – заметив, что я проснулась, проговорил он встречаясь со мной взглядами в отражении зеркала.
– Доброе, – ответила тихо, отведя глаза в сторону. Почувствовала себя неловко, заливаясь несильно румянцем. Что-то между нами изменилось после вчерашнего вечера, и я сейчас не про секс.
Закончив с галстуком, прокурор вытянул из кармана брюк что-то громко звякнувшее, я не успела увидеть что, и подошёл ко мне.
– Ключи для тебя, – он положил их рядом со мной на тумбочку. – Мы вчера так и не поговорили об этом, и я не успел озвучить, но эту квартиру я снял для тебя. Оставил тебе карту, пин код вышлю смс-кой, и ради Бога, купи себе уже наконец какие-нибудь вещи. Платья, туфли, побрякушки, не знаю, что вы там любите, – бросает небрежно, будто нарочно не давая мне вставить слово.
У меня в прямом смысле отвисает челюсть. Такое впечатление, что он ждал всего и был даже готов к отказу, заранее подготовившись, но я настолько поражена этим, что даже и не думаю возражать.
– Хорошо, – соглашаюсь, стягивая потрясенно с тумбочки брякнувшие ключи, потому что спорить у меня попросту нету сил. – Тогда у меня к вам ещё одна просьба, – озвучиваю я, смелая от такой щедрости прокурора.
– Слушаю?..
Бессонов резко разворачивается ко мне, уже стоя в дверях.
– Я бы хотела… Эм, – немного теряюсь, потому как его настолько прямой и откровенный взгляд смущает меня. – Можно я сюда приведу сестру? Это на время, хотя бы на пару дней, пока мать с отчимом опять в запое и…
– Можно, Диана. Всё можно.
Прерывает в спешке, не дав договорить, но у меня сложилось ощущение, будто он пропустил мимо ушей мою фразу и вовсе не услышал того, о чем я просила. А затем уходит негромко хлопнув дверью и оставляя меня, совсем обезоруженную и шокированную до глубины души медленно отходить от удивления. Потому как я не совсем поняла, одобрил он мою просьбу или нет.