***
Назар вбивает код и дверь ворот бесшумно открывается. В окнах нет света, значит, нам повезло. Друг паркуется. Я выхожу и открываю дверь, тяну руки, чтоб взять Улю как сверток с младенцем.
— Нет,— пытается протестовать.
— Че морж? По сугробам босая бегать будешь? Я не от большого удовольствия тебя таскаю,— говорю отрывисто. Хотя в этом нет правды, мне все что происходит по кайфу. Дикость.
—А почему?— заглядывает Уля в глаза. И я не знаю, что ответить. Только злюсь. Впрочем, она недолго буравит своими бездонными радужками. Просто проваливается в сон и я хватаю девчонку и быстро заношу в роскошную дачу Русова. Ничего так домина, Русов старший постарался. Он занимается строительством домов, у мужика несколько фирм, короче с баблом все ок.
— К камину неси,— распоряжается Назар и мы идем по коттеджу, выполненному в классическом стиле. Мне кажется, словно наше трио переместилось в хренов Лондон. Этак так в XIX век.
Осторожно кладу Ульку на тахту и присаживаюсь на край. Назар включает электрокамин и красные блики псевдо огня, падают на нежную, девичью кожу. Едва сдерживаюсь, чтоб не провести кончиками пальцев по ключицам спящей Блошки.
Жарко становится быстро. Камин мигом отопляет помещение, Назар стягивает с себя куртку, а я стаскиваю свою с Ули. Будет удобней, если накрою спящую пледом. Нечаянно стягиваю вместе с курткой и платье…Не, оно правда еле держится, похоже, больше на размер.
Уле плевать, она лишь зазывно стонет. Отчего я прям столбенею. Поворачиваю на миг голову на Назара. Друг тоже застыл и буравит взглядом розовые вишенки, которые так и просятся в руки.
Платье сползло аж до живота. Уля закидывает руки за голову и чуть выгибается, словно демонстрируя себя во всей красе. Край платья внизу тоже задирается, показывая, что на девочке черные, кружевные трусики.
—Давай, прикрой же ее,— сипло командует Назар. А сам не может уйти. Лишь опускается на пол рядом с тахтой, но ничего не делает. И я торможу. Потому что хочу видеть голую Блоху. Хочу ее пробовать. Просто жесть, как хочу.
Пальцы словно не слушаются, чуть дрожат и сами на автомате рисуют у Ули на животе восьмерку. Девочка отвечает на движение, мыча что-то невнятное. Она словно подстраивается под мою ладонь, требует еще!
Назар наклоняется и продольно лижет вершинку груди. Его челка щекочет Уле кожу.
—Сука,— шиплю сквозь зубы.— Плед тащи, что за наваждение.
Уля бормочет нечто неясное. Её ладошка бессознательно ложится мне на ширинку…