−Пошли, скорее.
Ему было неловко ловить на себе эти «гормональные» взгляды малолеток.
Я пошла за ним и тут – то меня заметили девочки, одни кидали на меня ненавистные взгляды, вторые завистливые, меня это мало волнует, поэтому я просто прошла мимо них всех, вслед за куратором.
Коридоры петляли, он вёл меня своим путём, потому что сколько бы я не пыталась свериться с картой я не находила дорогу. Я молчала, он тоже. Мы пришли в спортзал со звонком.
−Там переодевалка, твой шкафчик номер 6, там ты найдёшь форму.
Переодевалка была большой, пять рядом по сто шкафчиков, мой оказался в первом ряду. Форма представляла собой красные спортивные штаны с резинками на щиколотках и чёрную майку без рукавов. Волосы пусть остаются распущенными, они как щиты от внешнего мира, мои волосы были ярко красного цвета до пояса, нет, я не крашусь, это свои такие, не знаю, как это получилось. Нет, чтобы быть рыжей, так даже намёка нет на рыжену. Глаза у меня почти прозрачные, есть лёгкий оттенок голубого, но почти незаметный. Вокруг зрачка красный ободок, совсем тоненький, но меня это всегда смущало. Я вообще какая – то неправильная, я точно человек, но ни на кого не похожая, хотя в наше время всякое твориться, может я генетическая ошибка? Кто его знает.
Фигура у меня обычная для шестнадцатилетнего подростка, грудь уже растёт, причём хорошими темпами, живот не плоский, просто там много кубиков пресса, я никогда его не открываю, я считаю, что это не женственно. Вообщем, я росту, так что со мной будет к восемнадцати, я не имею не малейшего понятия.
Ну, вот, настроение ушло на ноль вообще, если бы не нужно было расчёсываться, я бы вообще в зеркало не смотрелась.
Спортзал был пуст, где этот чёртов инструктор?
−Поднимайся сюда.
Я подняла глаза к потолку и увидела его. Знаете, есть такие тренажёры для скалолазов, так вот, я в жизни не видела такого, который располагался прямо на потолке.
−Как вы прикажите мне туда залезть?
−Вон там снаряжение, одевай и залазь вон по той стене.
Он повис на одних руках, но потом подтянул ноги и полез дальше. То есть, как я прицеплю снаряжение, зависит только от меня, я могу себя убить, что ж это очень радует.
Снаряжение оказалось не очень заковыристым, поэтому через десять минут я была уже на стене. Руки послушно цеплялись за выступы, ноги тоже хорошо справлялись, пока я не полезла на потолок, это оказалось очень сложно. Руки так и норовили соскочить, они начали трястись и болеть, ноги гудели и не двигались. Я застряла на месте, дойдя почти до конца пути и всё ни туда не обратно. Страх сотрясал меня, ноги подвели, и я осталась висеть только на руках, без всякой страховки. Руки соскальзывают, я почти падаю, но тут, адреналин в кровь и на всё наплевать только одна навязчивая мысль, добраться до стены и не упасть.
Кажется, прошла секунда, а я уже на полу, руки и ноги подогнулись, и я упала на пол без сил, глаза открыты, и я смотрю, на этот чёртов потолок.
Рядом со мной движение, я даже голову не могу повернуть в сторону, чтобы посмотреть кто там, хотя и так не нужно. Алекс лёг рядом со мной.
−Я не думал, что у тебя получится.
Я молчала.
−Ты лучше всех, кого я обучал.
Эти слова, что должны меня подбодрить, но нет, они вызывают только злость, а злость помогает мне повернуть голову в его сторону. Он лежит лицом вверх и тоже смотрит на потолок.
−Да, ты сумасшедший!!
Я ору, ору на куратора, во всё горло. Он никак не отреагировал, просто встал и подал мне руку. Я не смогла поднять руку, тогда он схватил меня и поднял. Тело отреагировало странно, всё заболело, а затем пришло в норму. Руки не болят, ноги стоят на земле.
−Так мы перешли на «ты»?
Он стоял слишком близко, почти впритык, я отодвинулась от него. Я не знала, что ему ответить, поэтому промолчала.
−Ты не ответила.
Я смотрела по сторонам, было одно желание сбежать далеко - далеко.
−Посмотри на меня, - строго сказал он.
−Нет, - категорично ответила я.
−Учись смотреть людям в глаза. Смотри на меня!
Он орал на меня, это меня задело, и я подняла глаза на него. Карие глаза были злыми.
−Отвечай на мой вопрос!