— Добро пожаловать, — Ева вышла вперёд, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Мы очень рады, что вы приехали.
— Ева, вы сегодня будете выступать? — спросил Владимир Петрович, и в его голосе слышался искренний интерес.
— Да, с нашим жеребцом Молнией, — ответила она. — Он у нас главная звезда.
— С нетерпением ждём, — улыбнулась Елена Андреевна.
Сергей, стоявший чуть поодаль, не проронил ни слова. Только его взгляд скользнул по Еве, по Глебу, который подошёл к ней, и на секунду задержался на их руках, сомкнутых в коротком, но заметном жесте.
Ярмарка шла своим чередом. Дети катались на лошадях, фермеры продавали мёд и сыры, Нина Васильевна раздавала пироги один за другим, и дедушка, который сначала держался отстранённо, постепенно начал оттаивать, даже улыбнулся, когда кто-то из гостей похвалил его лошадей.
А потом настало время выступления.
Ева подошла к Молнии. Он стоял в загородке, вычищенный до блеска, с лентой, вплетённой в гриву, и его глаза, огромные, чёрные, смотрели на неё с привычным доверием. Она погладила его по бархатному носу, шепнула:
— Ну что, красавчик? Покажем им, на что мы способны?
Молния фыркнул, и она приняла это за согласие.
Она вскочила в седло легко, без стремян, и они вышли на арену. Толпа зааплодировала. Ева улыбнулась, поправила поводья, и они начали.
Сначала всё шло по плану. Шаг, рысь, повороты — Молния слушался, двигался плавно, грациозно, и Ева чувствовала, как гордость разливается в груди. Она видела лица гостей — восхищённые, удивлённые, радостные. Видела Глеба, который стоял у ограждения, не отрывая от неё взгляда. Видела дедушку, который кивнул, одобряя.
А потом что-то пошло не так.
Молния споткнулся. Совсем чуть-чуть, но Ева почувствовала. Его дыхание стало тяжелее, шаги — менее уверенными. Она наклонилась вперёд, шепнула:
— Ты как, милый?
Он не ответил. Только мотнул головой, будто отгоняя что-то.
Она попросила его сделать пассаж — элемент высшей школы верховой езды, который они оттачивали неделями вместе с дедушкой и Владом. Молния замер. На секунду. А потом встал на дыбы.
Толпа ахнула. Кто-то из детей испуганно вскрикнул. На секунду, Вячеслав Золотов забыл, как дышать. Но Ева не растерялась. Она не сжала поводья в панике, не закричала. Она наклонилась вперёд, обхватила шею жеребца и замерла, доверяя ему, словно говоря: «Я с тобой. Ты справишься».
Молния замер на секунду, потом опустился на четыре копыта, тряхнул головой и... продолжил движение. Как ни в чём не бывало.
— Это часть выступления, — громко сказал Глеб, обращаясь к растерявшимся гостям, но его сердце в этот момент колотилось, как бешеное. — Эффектный приём.
Кто-то засмеялся, напряжение спало. Глеб заметил, как Вячеслав Золотов развернулся и направился в дом, не в силах больше смотреть на арену. Ева, собрав всю волю в кулак, закончила выступление. Оно не было идеальным. Но оно было честным. И когда она спешилась, подошла к морде Молнии и поцеловала его в бархатный нос, аплодисменты грянули такие, что, казалось, их слышно было в соседней деревне.
Глеб подошёл к ней, когда она вывела Молнию с арены.
— Ты молодец, — сказал он, и в его голосе было столько гордости, что у Евы перехватило дыхание.
— Что-то не так, — ответила она, глядя на жеребца. — Сёма был прав. Молния чувствует себя неважно. Я вызвала ветеринара, он приедет после ярмарки.
--
Под вечер, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в розовые и золотые тона, Ева и Глеб стояли у беседки, разговаривая с инвесторами. Владимир Петрович и Елена Андреевна были настроены дружелюбно, задавали вопросы, интересовались планами.
— У вас здесь замечательная атмосфера, — сказала Елена Андреевна. — Семейная. Детям нравится, взрослым — тоже.
— Мы хотим развивать клуб, — Ева говорила уверенно, хотя внутри всё трепетало. — Проводить занятия для детей, организовать конные походы, может быть, даже открыть небольшую гостиницу для туристов. И мы с дедушкой были бы рады, если бы вложились в наш проект.
— Звучит интересно, — кивнул Владимир Петрович. — Мы подумаем над вашим предложением.
— Это прекрасное вложение, — добавила Ева, чувствуя, что земля уходит из-под ног, но она держится. — Конный спорт становится всё популярнее, и у нас есть все шансы...
Она не договорила.
Потому что в этот момент появились они.
Те самые местные «постояльцы» из амбара — двое здоровенных мужиков с красными лицами, в помятых рубахах и с руками, вечно сжатыми в кулаки. Они вразвалочку вошли на территорию клуба, громко переговариваясь и никого не стесняясь.