— Хорошо, без проблем, — перебила Ева, и Глеб не успел закончить. — Это всё? Я могу идти?
Она поднялась, потянулась за сумкой, и Глеб смотрел на неё, не веря своим глазам. Только что она пришла, только что села, и уже собралась уходить?
— Ева, да подожди ты, — он подался вперёд и аккуратно коснулся её запястья, Ева одёрнула руку, словно обожглась. Глеб заметил это и произнёс слегка раздражённо: — Да что случилось?
— Ничего, — она пожала плечами, но в этом движении было что-то напряжённое, неестественное. — Просто мы всё обсудили, и я хочу домой. Скинешь потом адрес турбазы?
Глеб смотрел на неё и чувствовал, как внутри нарастает глухое раздражение. Он вспоминал их ночь на озере, её смех, её прыжок в воду, их лица в лунном свете — и не понимал, что произошло. Чем он успел провиниться? Что сказал не так?
— Нет, это не всё, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Сядь, пожалуйста.
Ева закатила глаза — так демонстративно, будто он попросил её о чём-то немыслимом, — и села обратно. Скрестила руки на груди, откинулась на спинку стула. И вся её поза говорила: «Я здесь, но я не с тобой». Глеба это задело. Больше, чем он хотел признаться.
— Во-первых, — он полез во внутренний карман куртки и вытащил маленькую бархатную коробочку, — надень это.
Он открыл крышку, и на свету засверкало кольцо — тонкое, изящное, с небольшим бриллиантом, который переливался всеми цветами радуги. Фамильное кольцо Смирновых, которое его бабушка носила всю жизнь, а мать отдала ему с напутствием: «Когда встретишь ту самую».
Ева посмотрела на кольцо. Потом на него.
— Нет, — сказала она, и её голос был твёрдым, как сталь. — Я не буду это носить.
— Золотова, — он старался говорить терпеливо, хотя внутри всё кипело, — мы помолвлены.
— Фиктивно, — напомнила она.
— И что? — он сжал коробочку, чувствуя, как пальцы немеют. — Нам нужно, чтобы мой отец это видел. Невеста не может не носить кольцо.
— Да, но я ведь не обязана носить его всегда! — Ева подалась вперёд, и в её глазах зажёгся тот самый огонь, который он любил — и ненавидел одновременно. — Что я скажу дедушке?
— Скажи, что я сделал тебе предложение, — пожал плечами Глеб.
— Он тебя убьёт, — отрезала Ева, но в её голосе, кажется, промелькнуло что-то, похожее на усмешку.
— Да почему? — Глеб даже рассмеялся — хрипло, нервно. — Мне кажется, я ему понравился.
— Не понравился, — она покачала головой, и её взгляд стал серьёзным. — И ты сын Сергея Смирнова. А Сергей Смирнов хочет отнять у нас конный клуб...
— Ладно, не продолжай, — Глеб поднял руку, останавливая её. — Я понял. Окей, дома можешь не носить, но хотя бы сейчас надень. Пожалуйста.
Он сказал «пожалуйста» — и сам удивился тому, как часто звучало это слово, когда он говорил с ней. Ева посмотрела ему в глаза. Помедлила. Потом взяла коробочку, вынула кольцо и надела на палец.
Оно подошло идеально. Словно было сделано для неё.
— Доволен? — спросила она, показывая ему кольцо на своей ладони.
— Почти, — Глеб усмехнулся, но в этой усмешке не было привычной наглости. — Ещё ты должна перевезти какие-то вещи ко мне в квартиру.
— Это обязательно? — она подняла на него глаза, и в её взгляде снова появился тот холод, от которого ему становилось не по себе.
— Обязательно, — он старался говорить спокойно, деловито. — Мама часто ко мне заходит, она сразу поймёт, что ты там не ночуешь.
— Ну и что? — Ева скрестила руки на груди. — Может, я до свадьбы не ночую в квартирах своих женихов? Это нормально.
— Для кого, для монашки? — не удержался Глеб.
— Для приличной девушки, — парировала она, и в её голосе снова появилась та самая сталь, которая означала, что она не отступит.
— Ева, — он выдохнул, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Он не хотел спорить. Не хотел ссориться. Он просто хотел... он не знал, чего он хотел. Она просто сводила его с ума.
— Ладно! — она откинулась на спинку стула, и в её жесте было что-то капитулирующее, почти детское. — Ещё что-то? Может, сделаем совместные фотки, заведём котёнка, наденем парные свитера?
— Неплохая идея, — усмехнулся он, и она бросила на него убийственный взгляд.
— Но вообще, — Глеб стал серьёзным, — нам правда было бы неплохо порепетировать.
— Порепетировать? — она прищурилась.
— Да. Там будет мой брат. И он явно устроит допрос. Как давно мы вместе, как познакомились. Наверняка начнёт расспрашивать о нас, о наших увлечениях, и убедится, что мы почти ничего друг о друге не знаем.