Алеа кивнула, продолжая обливаться слезами. Марианна действительно очень хорошо за ней следила. Никто бы не справился лучше, чем она.
– После того как голландская служба опеки безуспешно пыталась отыскать твоих родителей и наконец официально передала тебя мне, я сразу же отправилась с тобой к врачу. Он рассказал мне всё о холодовой крапивнице, но тогда даже не захотел проводить с тобой тесты, поскольку, судя по словам твоей мамы, ты болела в особо тяжёлой форме. Даже самые незначительные испытания с холодной водой могли привести к страшным последствиям. Даже врач признал, что ситуация крайне сложная!
О том, насколько всё серьёзно, Алеа знала и сама. Она помнила тот единственный раз, когда она много лет назад соприкоснулась с холодной водой. Она тогда попала под неожиданно начавшийся ливень и замешкалась, раскрывая зонт. Прежде чем он раскрылся, несколько крупных капель попали ей на лицо, шею и руки. Она это помнила до сих пор, потому что тогда её будто ударило током. Её сердце неистово колотилось, а кожа начала жутко зудеть, словно всё тело оказалось под напряжением. Алеа страшно перепугалась, потому что знала: это признаки приближающегося шока. Она поспешно достала носовой платок и стала стирать с кожи воду – и остервенело тёрла до тех пор, пока не осталось ни одной даже самой крошечной капли. К счастью, новых рубцов не образовалось, но после того случая Алеа стала ещё более осмотрительной. Больше с ней подобного не случалось. После того случая она ни разу не попадала под дождь.
– Я всегда думала, что мои родители меня бросили, – сказала она.
– Правда? Ох. Я этого не знала. – Марианна смущённо посмотрела на неё. – О твоём отце мне ничего не известно, но твоя мама тебя очень любила, в этом нет никаких сомнений.
– Почему же тогда она меня отдала?
– Я тоже всегда задавалась этим вопросом.
– Ты не пыталась это выяснить?
– Как я могла это сделать? Отдав тебя мне, она исчезла. Я даже её имени не знала.
– А ты не спрашивала в том районе в бюро добрых услуг, в церкви или в булочной, не видели ли женщину в такой-то одежде и с маленьким ребёнком?
– Всё это сделала голландская служба опеки. Они тогда несколько недель занимались поисками твоих родителей.
– Но ты не знаешь, насколько основательно они вели эти поиски?
Марианна покачала головой:
– Нет, подробностей я не знаю.
– Как называется то место, где ты тогда отдыхала?
Марианна бросила на неё пронзительный взгляд:
– Ты собираешься сама заняться поисками?
– Я… хочу узнать, что тогда произошло, – сказала Алеа. – Может быть, какие-то детали остались без внимания. Вдруг на пляже были свидетели и другие люди, которые что-то знали? Не может же женщина с ребёнком возникнуть из ниоткуда!
– Прошло уже одиннадцать лет, – напомнила Марианна. – И у нас нет никаких зацепок. Ренессе – это курорт, который посещают тысячи туристов. Никто там не обратит внимания на какую-то женщину.
– Ренессе? – повторила Алеа.
Марианна кивнула.
– Мне нужно туда! – Лишь произнеся эти слова, Алеа заметила, как сильно ей этого хочется.
– Даже если там ещё есть что искать… – сказала Марианна, – я не скоро смогу отправиться с тобой в Голландию. Мне нужно полежать ещё минимум пару недель, и я не…
– Я могла бы поехать туда с «Альфа Кру», – прервала её Алеа.
– С кем? – с недоумением спросила Марианна.
И тут из Алеа фонтаном выплеснулось всё, что она так долго держала в себе: как она провела весь день в порту, как познакомилась с «Альфа Кру», как стала членом шайки и выступала на сцене.
Алеа рассказывала, а глаза Марианны становились всё шире.
– Корабль?! – с испугом переспросила она. – Ты хочешь поплыть по морю на корабле?!
Теперь, когда Марианна заострила на этом внимание, Алеа осознала, насколько безумна её идея. Но потом она снова ощутила ужасную тоску. Она хотела на «Крукис».
– Дай мне несколько недель, – сказала Алеа, и в её голове вдруг сформировался план. – Позволь мне отлучиться на летние каникулы. – Тесс сказала, что родители разрешили ей провести каникулы по своему усмотрению. Вдруг Марианна тоже разрешит это Алеа? – Я спрошу у Бена и остальных, поплывут ли они со мной в Ренессе, и там поищу свою маму. А к окончанию каникул вернусь домой.
Марианна пронзительно смотрела в глаза Алеа – поначалу строго, но потом её взгляд смягчился.
– Я знаю, что в тебе живёт эта тоска по дальним странам, – сказала она. – Ты всегда мечтала путешествовать и колесить по всему свету. Но, Алеа, корабль идёт по воде! Кроме того, ты очень стеснительная. А теперь тебе захотелось очутиться на корабле с тремя незнакомцами? Я тебя не узнаю, честное слово.