– Твой второй носок и перчатки пропали. Но у тебя, видать, их по несколько пар. – Он указал взглядом на её чёрные кожаные перчатки.
Алеа не знала, что именно успел заметить Сэмми накануне. Видел ли он её волдыри?
– Вчера я была немного не в себе.
– Да уж! – рассмеялся Сэмми. – Мы хоть и любители приключений, но вчера их было многовато, верно? Сначала Тесс повисла не с той стороны перил, потом ты упала в воду! – Он покачал головой и изучающе посмотрел на Алеа. – Оказаться за бортом в шторм – это не шутка даже для пловцов, а уж для тех, кто не умеет плавать… – он буквально сверлил её взглядом.
– Понятия не имею, как я выкрутилась, – искренне ответила она.
– Хочешь сказать, что в самом деле ещё ни разу нигде не плавала?
– Вчера мои ноги и руки двигались сами собой!
– Гм! – Казалось, Сэмми ей до конца так и не поверил. – Мы решили, что ты надула нас, сказав, что не умеешь плавать. И вообще ты такая молчаливая. А точнее говоря – таинственная.
– Я…
– Ладно, проехали. Это же интересно! – Сэмми улыбнулся. – Я даже немного в тебя влюбился.
Алеа вытаращила глаза:
– Прости, что ты сказал?
– Но ещё я немного влюблён в Тесс, – признался Сэмми. – Вы обе такие клёвые!
– Э-э… спасибо. Ты тоже.
Сэмми ухмыльнулся.
Алеа быстро отвернулась и стала искать в шкафу тарелку. При этом ей в руки вывалился противень для запекания.
– О! Вы и пироги печёте?
– К сожалению, нет. У нас есть духовка, но мы не умеем печь.
– Это же проще простого!
Сэмми просиял:
– Ты умеешь печь?! Вот это номер! Тогда я скажу так: отныне это твоя обязанность на борту. Теперь ты будешь каждый день печь нам печенье!
Алеа рассмеялась:
– Если у вас есть все необходимые ингредиенты…
– Если и нет, то купим всё на острове Вангероге. Мы как раз мимо него проплываем.
Алеа посмотрела в иллюминатор и, увидев остров, стала с восхищением наблюдать, как мимо скользят белоснежные пляжи, уютные домики и порт.
– Но у нас всё должно быть, – заметил Сэмми.
Алеа оторвала взгляд от Вангероге и начала осматриваться в кухне. В шкафу с продуктами она нашла муку и сахар. В холодильнике – сливочное масло и яйца.
– Можешь считать, что печенье я уже испекла.
– Уррра! – Сэмми подпрыгнул. – Разбуди меня, когда оно будет готово, – и он широко зевнул. – Я дежурил до шести утра. Сейчас у штурвала Бен.
– Бен тоже любит печенье? – спросила Алеа. Ей хотелось загладить свою вину перед капитаном.
– А как же! – воскликнул Сэмми. – Печенье не любят только дураки. А Бен не дурак. Бен просто супер – как и печенье!
Алеа рассмеялась.
– Пойду-ка я на свою койку. – Сэмми повернулся и шмыгнул в свою каюту. Прежде чем открыть дверь, он ещё раз обернулся и посмотрел на Алеа. – Ты что-нибудь коллекционируешь?
– Коллекционирую? Нет. Только винные бокалы.
– Я коллекционирую катышки, – сообщил ей Сэмми и исчез в каюте.
Алеа пропустила это мимо ушей и занялась выпечкой. Она так часто помогала Марианне в готовке, что противень печенья не представлял для неё большой сложности. Через двадцать минут печенье уже стояло в духовке, а Алеа стала наливать в чайник воду из-под крана, чтобы вскипятить её на газовой плите – со всей осторожностью, разумеется. Что бы ни произошло с ней накануне, она и впредь будет обращаться с водой очень осторожно.
Ей вспомнилось, как сверкала зеленоватым цветом её кожа. В воде на коже не появилось никаких волдырей, хотя именно так и должно было произойти, если бы всё, что рассказывали Алеа до сих пор о её болезни, было правдой.
Алеа закусила нижнюю губу. Неужели теперь придётся постоянно мучиться вопросом, правда ли это? Правда ли она так больна, как считала прежде? Может, существует какая-то возможность это выяснить?
Алеа заметила, что чайник почти наполнился и нужно закрыть кран.
Но она этого не сделала.
Она напряжённо следила, как вода переливается через край в раковину, бежит по пальцам её левой руки и исчезает в перчатке.
Алеа задрожала. Всё в ней, каждый мускул и каждый нерв, было напряжено до предела, а правой руке не терпелось схватить полотенце и насухо вытереть кожу. Но она не шелохнулась. Она смотрела, как по пальцам стекает холодная вода, и ждала.
Ничего не произошло. Ни жжения, ни зуда, ни покраснения. Ничего. Совсем наоборот. Ощущать холодную воду на коже было даже приятно.
Алеа нахмурилась. Все последствия, о которых ей так настойчиво твердили…
Она решительно закрыла кран и достала из шкафа стакан. Ей хотелось выяснить это прямо сейчас. Она должна узнать, напрасно ли она все эти годы так боялась.
Она налила в стакан холодной воды из чайника и… выпила её.