– Я в школу опаздываю!
А он:
– Можешь один день прогулять? Поедем куда-нибудь, поговорим! Не ломайся, а то вон на нас уже внимание обращают!
И тут я понимаю, что кто-нибудь обязательно матери доложит, что я к старому мужику в машину села, мать тоже меня к гинекологу потащит...
Он, кажется, понял мои колебания, и шепчет:
– Сделай вид, что ты мне дорогу показываешь. Я отъеду и буду тебя за кинотеатром ждать.
Мне вдруг все это таким романтичным, захватывающим показалось, я оборачиваюсь, смотрю, соседка по площадке на рынок пилит, а сама на меня с любопытством косится. Я сразу сообразила, говорю: «Тетя Рая, вот тут человек зубную поликлинику спрашивает, вы знаете где?»
– Зубную? А вон там, за кинотеатром, налево поверните, а потом второй поворот направо.
Он поблагодарил и уехал. А тетя Рая мне нотацию читать вздумала:
– Ты зачем с чужим мужиком разговоры разговариваешь? Да еще на иностранной машине мужик, скорее всего из бандюков... Ладно, этот приличный попался, а в другой раз запихают в машину и увезут куда-нибудь в лес, снасильничают и грохнут потом.
– Тетя Рая, мне в школу пора!
Маргарита Семеновна слушала, затаив дыхание, а у Яны лицо сейчас было отсутствующее, просветленное, она вся ушла в свои воспоминания.
– Я села к нему в машину, думала, он сразу обнимет меня, поцелует, а он смотрит на меня и лицо у него странное. «Какой ужас, Лолита... – говорит, а я тогда знать не знала ничего про Лолиту, – что мне делать, я с ума схожу...»
А я сижу в этой машине и чувствую себя дура дурой. И хочу уйти, а не могу, тянет меня к нему. А он руки на руль положил, голову на руки уронил и молчит. И я понимаю, он боится... Я ж малолетка еще.
– И в школьной форме, небось? – подала голос Маргарита Семеновна.
– Да нет, мы тогда форму уж не носили... – улыбнулась Яна. Ей вдруг расхотелось вспоминать. – Короче говоря, я с ним сошлась, он любил меня так, как никто никогда... Я в этой любви купалась... Счастлива была, никого другого мне в жизни не нужно было, на край света, в Сибирь бы за ним пешком пошла... Правда, мы с ним никогда никуда вместе не показывались, прятал он меня ото всех, говорил – если кто-то узнает о нас, могут быть большие неприятности и даже несчастья. А потом он вдруг исчез. Записку только оставил, мол, любит, жить без меня не может, но вынужден уехать, а потом непременно меня найдет и заберет к себе за границу, когда я буду совершеннолетняя. А мать мне вдруг квартиру подарила, отселила меня, я уж потом через несколько лет заподозрила, откуда квартира взялась. До восемнадцати лет я надеялась, вот, думала, стукнет мне восемнадцать, он явится за мной. Не явился... А я потом замуж вышла за приятеля, Вовку Юрьева, прожила с ним полгода, больше не выдержала... Ну, а дальше вы все знаете, тетя Рита...
– Да, детка, знаю. Но ты умница, что вернулась из этой своей Швеции... Ты вообще умница, не пропала, не пошла по рукам, выучилась, преподавателем стала... А теперь вот освободилась. Можешь заново жизнь начать, семью завести. У вас там, в институте, приличные мужики-то есть?
– Да нет, я, по крайней мере, их не вижу.
– А кого ты вообще видела до сих пор? Но теперь уж надо другими глазами на жизнь смотреть... – Маргарита Семеновна погладила Яну по руке. – Я знаешь, как была бы рада, если б Пашка на тебе женился. Он тебе ничуточки не нравится?
– Тетя Рита! Мы с Пашкой школьные друзья, но...
– Ладно, это я так... на всякий случай... Просто Пашка скоро уедет, а ты...
– Но я-то никуда не уезжаю, – ласково улыбнулась Яна. – Ой, мамочки, я совсем забыла, мне ж сегодня на день рождения к Вете, а я еще подарок не купила!
– Да? Тогда поехали скорее!
... Яна собиралась второпях. Тушь для Веты и цветы были куплены, ехать на машине глупо, надо ведь выпить хоть бокал шампанского за здоровье новорожденной. Она долго ловила машину, потом, несмотря на субботу, машина попала в пробку и в результате она опаздывала почти на час. Влетела в подъезд, а лифт не работает. Черт возьми, как не везет! Хорошо еще Вета живет на пятом этаже шестнадцатиэтажного дома, но чтобы попасть на лестничную клетку, надо идти с улицы. Дверь черного хода была закрыта. Черт, что же делать? Яна вытащила мобильник, но тут к дверям подошел какой-то мужчина, с цветами и подарочным пакетом.
– Что, не пускают? – спросил он.
– Ерунда какая-то, – пожала плечами Яна, – лифты не работают, а на лестничную клетку не попасть...
– А вот же звонок! Вы звонили?