– Миша, привет, это Юля!
– Юлечка, привет, дорогая! Что случилось?
– Миш, у меня к тебе дело конфиденциального характера.
– Выражаешься, как жена юриста! – засмеялся он. – Чем могу служить?
– Мне необходимо с тобой посоветоваться! Но не по телефону!
– Хорошо, давай где-нибудь пообедаем или кофе попьем.
– Кофе попьем!
Миша страшно удивился. Никогда у них с Юлей не было каких-то отношений помимо Тимы. Но мало ли что бывает! А вдруг это как-то связано с Яной? Может, Юлька прознала про наследство Олега? Из Тимофея ведь ничего не вытянешь, он могила, а из меня можно попытаться. И на встречу с Юлей он отправился очень настороженный. Но уже первый ее вопрос поверг его в изумление.
– Миша, скажи... – после обязательных приветствий начала она.
– Слушаю тебя, Юлечка!
– Скажи, ты окончательно продал свой бизнес?
– Ты о чем?
– Ну, эта наградная история...
– Да! Окончательно!
– Скажи, а фирма-то существует?
– Вроде да, но я точно не знаю. А тебе зачем? Хочешь получить премию «Лучшей жены в Европе»?
– Зачем мне? – улыбнулась Юля, еще больше утверждаясь в мысли, что ей надоело быть просто идеальной женой какого-то незнаменитого юриста. – Видишь ли в чем дело... Одна моя подруга хотела бы сделать подарок своему родственнику, известному писателю. Какую-то премию... Европейскую... Понимаешь?
– Чего ж не понять. Иными словами, тебе нужны координаты этой фирмы?
– Ну да! И расценки, конечно!
– Нынешних расценок я уже не знаю, но если это писатель...
– Мишка, а ты-то сам тоже ведь теперь писатель!
– И что? Думаешь, мне нужна такая туфта?
– Но это же реклама!
– Я перебьюсь. Но, разумеется, дам тебе координаты, можешь даже сослаться на меня, тебе запросто сделают скидку! – улыбнулся Миша. – А что за писатель-то?
– Я не знаю, просто попросили... Да, и еще вопрос. Какая формулировка должна быть, что за премия?
– Ну это уж пусть писатель сам придумает, могу лишь посоветовать – формулировка должна быть достаточно скромная, чтобы недоброжелатели этого гения не кинулись копать... А то может выйти скандал.
– А у вас были такие скандалы?
– Пока бог миловал. Но мы все делали аккуратно. А как там сейчас, я ей богу не знаю. – Миша вытащил записную книжку, черкнул что-то на листке, вырвал его и протянул Юле. – И еще совет: не надо устраивать каких-то торжественных мероприятий, дорого встанет!
– Ну, это уж не моя забота!
Врешь, матушка, это твоя забота, и идея твоя! Что там за писатель наставляет рога моему лучшему другу? Надо бы разузнать! Хотя зачем? Не стану же я доносить на Юльку! Бред, конечно. Просто мне самому любопытно, впрочем, Бог с ними, у меня теперь есть Яна...
– Миш, а когда свадьба? – полюбопытствовала Юля, чтобы у Мишки не сложилось впечатление, будто она так уж зациклена на этой истории с писателем.
– Ну, пока не знаю... – смутился вдруг Миша. – А как она тебе?
– Славная... Но рассеянная немножко, да? И немножко высокомерная?
– Рассеянная, пожалуй, но уж высокомерия в ней ни на йоту...
– Ну, значит, зажатая.
– Это есть.
– Но ты ее любишь? И прекрасно, тебе давно пора жениться! Я уж сколько раз предлагала Тимке познакомить тебя с кем-нибудь из своих подруг, но он за тебя горой стоял.
– Тима верный друг! – рассмеялся Миша.
– Так что все-таки со свадьбой?
– Мы пока не спешим, – уклончиво ответил Миша.
Вчера вечером он довез Яну до дома, они возвращались из кино и, затормозив у ее подъезда, не сдержался, обнял ее, поцеловал, она ответила, прижалась к нему, он что-то шептал ей на ухо, целовал в шею, а потом сказал:
– Поднимемся к тебе?
И вдруг она как будто застыла, отстранилась.
– Прости, Миша, я пока не могу! Прости! – И выскочила из машины.
Он не успел опомниться, как она уже вбежала в подъезд.
Он был разочарован и даже напуган. Неужто я ей неприятен? Да нет, ерунда, просто, скорее всего, у нее «критические дни». Ничего, я подожду!