Холодок пронесся по моему позвоночнику. Пронизывающая сталь сковывала намертво. На меня в упор смотрели такие же холодные глаза как у меня. Передо мной сидел мой отец.
Глава 21
Я также изучающее рассматривал мужчину, сидящего передо мной, как и он меня. Отец практически не изменился, только наличие серебристых прядей в волосах выдавало его возраст, видимо из-за этого он и носил кличку Седой. Его надменность и холодность периодически сменялась на теплоту во взгляде и, учитывая обстановку, в которой мы находились, я делал вывод о том, что он узнал меня.
- Ну, привет … сын, - подтвердил он мою догадку.
- Здравствуй, - назвать его отцом, язык не поворачивался.
Проштудировав свои эмоции, никаких родственных чувств я в себе не обнаружил. Он ушел от нас более двадцати лет назад и ни разу не поинтересовался о том, как его семья без него. И если к маме он остыл и не считал ее своей семьей, то ребенка вычеркнуть из своей родословной нельзя и теперь я считал, что даже называть меня сыном он не имеет право.
- Как мать? – поинтересовался он, видимо, чисто из вежливости.
- Хорошо, - тоже, чисто из вежливости, коротко бросил я.
- Присаживайся. В ногах правды нет, - совершенно неуместная обида на отца стала медленно нарастать во мне, перекрывая доступ к адекватности моим мыслям.
- Я постою, - огрызнулся, на что он ухмыльнулся, но не настаивал больше.
- Ты, наверное, думаешь, что я забыл про тебя …
- А разве нет? – мне хотелось прикусить себя за язык, несдержанностью я выдавал свои эмоции, хотя хотел показать только безразличие, и отец понял это, одобрительно улыбнувшись.
- Моя жизнь до определенного момента казалась мне слишком тривиальной и однообразной, - начал он свое повествование.
- Дом, семья, работа. Не буду скрывать, мне попросту стало скучно … - а здесь тебе пиз…ц как весело, все мое нутро мысленно негодовало, но я не перебивал.
- … хотелось чего-то нового, ярких эмоций, адреналина в крови, и тут мне предложили одно дельце … Это перевернуло мою жизнь. Я понял, что теперь просто не смогу жить иначе и мне пришлось оставить вас. Ведь рисковать своей жизнью это одно, а подставлять под удар своего сына это другое, - в этот момент в комнату впорхнула мадам неопределенного возраста, под толстым слоем косметики невозможно было определить на глаз, сколько ей лет.
Она присела на подлокотник его кресла, а отец стал поглаживать ее бедро, после чего, пройдясь рукой по спине, нагнул ее голову к своему паху. Визуально, я был избавлен от лицезрения этой картины, но причмокивающие звуки, которые исходили из-под стола, красноречиво описывали весь происходящий там процесс. Но на повествование, которое отец продолжил, это никак не повлияло.
- Я имел в виду именно твою жизнь, так как твоя мать на тот момент, без обид, меня уже не интересовала. Ты должен меня понять, не мальчик уже. Мужчина не может быть с одной женщиной, ему хочется разнообразия, - подняв девушку с колен, но нагнул ее на столе и в медленном темпе продолжил иметь ее прямо у меня на глазах.
Со стороны отца не было никакого смущения, как будто он чай пил, а не бабу трахал, и его голос даже ни разу не сорвался. Видеть секс в живую для меня не в первой, но, когда в нем участвует твой отец … нелюбимый и давно забытый, но все же отец, это по меньшей мере обескураживает.
- Женщины в нашей жизни нужны для того, чтобы скрашивать ее, - он сделал резкий выпад и шумно выдохнул.
Девушка продолжала лежать на столе, а отец, отойдя от нее, приглашающим жестом предложил мне занять его место.
- Пользуйся, угощаю. Целый месяц без бабы, поди уж не раз в простыню спускал, - настолько откровенные разговоры были мне не по душе и поддавшись мимолетным воспоминаниям я даже чуть не покраснел.
- Обойдусь, - опять огрызнулся я, на что отец удивленно изогнул свою бровь и кивком головы велел девушке удалиться.
- Надеюсь, ты не из петушков? - произнося последнее слово, он сплюнул на пол.
Предположение отца о том, что я могу относиться к сексуальным меньшинствам меня так насмешило, что я из вредности хотел уже было согласиться, но просто не успел.
- Баб то у тебя вроде много было, хотя шут его знает, там у вас в элитных клубах такое творится, что это может все для отвода глаз, - продолжил он свои рассуждения, не надеясь на мой ответ, а скорее, чтобы просто себя успокоить. Окажись это правдой, это был бы сильнейший удар по его самолюбию. За этими размышлениями я почти упустил момент его чересчур большой осведомленности о моей личной жизни. Получается, ему все же было интересно, как без него сынуля поживает.