Надеваю шёлковое бежевое платье на тонких бретелях. Косметику не использую. Волосы не укладываю, а просто закалываю на макушке. Духи не брызгаю, только дезодорант. Драгоценности и туфли не надеваю.
Дверь снова открывается примерно через час, ну или два, трудно сказать точно. На пороге опять оказывается не Ренат. И в этот раз мне тоже завязывают глаза. Впрочем, я не удивлена.
Мы идём долго. Прям очень долго. Я ничего не вижу, но чувствую ногами то холодный пол, то мягкий ковёр. Воздуха становится больше. Пару раз я ощущаю ветерок по рукам и спине. Приятный и мягкий. А ещё запахи... Вкусные запахи. Цветы, выпечка, ароматические свечи или благовония.
Наручники мне не надели. Когда Ренат вёл меня из ванной, тоже не надевал наручники. Видимо, все решили, что я достаточно разумная, чтобы не пытаться вырваться и сбежать. Я ведь даже понятия не имею, где нахожусь.
Наконец, мы останавливаемся.
Повязку с глаз снимают. Постепенно я привыкаю к свету и теперь могу разглядеть помещение, где нахожусь.
Это типа огромной столовой. Я стою вверху на широкой лестнице, а внизу длинный стол, на дальнем конце которого сидит Ренат в кресле с высокой спинкой.
Как трон. А он действительно как Аид... Властелин Ада.
На нем чёрная рубашка. Рукава закатаны. На запястье дорогие часы.
Волосы Рената сейчас зачесаны назад. Тёмный взгляд устремлен на меня. Бровь иронично выгнута.
— Все остальные подарки ты забраковала? — спрашивает мужчина. — Туфли что, не подошли?
— Мне не нужны такие подарки.
Ренат откидывается на спинку кресла.
— Какие — такие?
— С сексуальным подтекстом, — босыми ногами я топчусь на месте, не решаясь шагнуть на лестницу.
— С каким-каким подтекстом?
— Сексуальным. Не делайте вид, что вы не понимаете, о чем я говорю.
— Я не делаю вид, Аида. А действительно не понимаю.
— Всё вы понимаете! Весь этот цирк... — я делаю шумный вдох и сцепляю руки в замок на животе, —... ванная, одежда, духи, косметика... Вы решили одеть меня получше, чтобы подготовить к... к сексу с вами, — выплевываю я, чувствуя, как внутренности начинает скручивать.
На мой выпад сначала звучит оглушающая тишина. Аж уши режет — настолько становится тихо.
А затем вдруг раздаётся громкий мужской хохот. Он мягким рокотом прокатывается по столовой и оседает странным трепетом в моем животе.
— Подготовить к сексу. Надо же такое сказать...
— Вам смешно? Мне вот не очень.
Бесит его реакция.
Он сомневается, что мне здесь страшно и плохо, или как? Я, по его мнению, должна быть в восторге от любого знака внимания?!
— Аида, — откашлявшись, Ренат указывает на другой конец стола, — сядь, пожалуйста. И можешь быть спокойна — я не собираюсь тебя насиловать. К слову, в моём понимании, тебя не нужно готовить к сексу со мной. Я считаю тебя красивой без дорогих платьев, драгоценностей и косметики. И даже с грязными волосами. А мой подарок... это, скорее, просто более комфортный внешний вид для ужина со мной. Просто ужина, Аида, — он ставит локти на стол, сцепляет руки в замок и устремляет на меня взгляд из-под бровей. — Но если захочешь секса — только скажи. Ваше желание — и я повинуюсь.
Глава 18
Аида
Наши перекрещивания взглядами напоминает безмолвный бой. Я не тороплюсь поверить Ренату, что он не собирается меня насиловать. А он продолжает смотреть, видимо, ожидая, что я, наконец, спущусь с лестницы.
— Может, всё-таки присядешь? — он обводит рукой стол. — Места много. Необязательно сидеть близко ко мне.
Сглотнув, я внимательно слежу за каждым движением его руки, как жертва, загнанная хищником и боящаяся окончательного удара.
— Вам что, не нравятся окна? — делаю осторожный шаг на верхнюю ступень.
Наверное, я могу отказаться от ужина, но в этом случае, мне не удастся найти с ним общий язык относительно Лёши. Конечно, я и в этом случае могу потерпеть поражение, но хотя бы стоит попытаться.
— Не нравятся окна? — Ренат выгибает бровь.
— Ну да. В этой столовой тоже нет окон. И у меня в клетке. Любите жить как в склепе?
Он так смотрит.
Пристально.
Жадно.
Опасный убийца, инстинкты и реакции которого развиты для того, чтобы мгновенно убить, если что-то пойдёт не так.
— Вовсе нет, — хмыкает Ренат. — Мера предосторожности. Для тебя, разумеется.
— Вот как. Думаете, я из окна бы выпрыгнула?
— Всё возможно. А ты скажешь, что не попыталась бы?
Я ловлю его карий взгляд.
Как же не по себе в его обществе. А ещё эта странная тугая реакция в животе. Не нравится мне это чувство.