Разум лихорадочно перебирал варианты.
Куда её могли увезти? Почему?
Чувствовал, как гнев и беспокойство смешиваются внутри меня, создавая коктейль из адреналина и ярости.
"Марат, твою дочь никто не тронет, я тебе обещаю," — думал, сжимая руль так сильно, что костяшки побелели.
Город проносился мимо, а я всё пытался уловить хоть малейший намёк на её местоположение.
Глава 5
Алина
Когда подошла к остановке, несколько человек всё же стояли, ожидая свой транспорт. Я нервно переминалась с ноги на ногу, оглядываясь по сторонам, пытаясь найти информацию, когда прибудет нужный автобус.
В голове мелькали мысли о недавнем разговоре с Шархановым, и я чувствовала, как гнев и разочарование накатывают волной.
Пытаясь отвлечься, снова взглянула на табло. Время до прибытия автобуса не изменилось, как будто оно замерло.
Холодный ветер пробежался по лицу, заставив меня плотнее закутаться в куртку. Я чувствовала, как напряжение нарастает, каждая минута ожидания казалась вечностью.
Вокруг меня звучали обрывки разговоров, звонки телефонов, но всё это сливалось в единый гул, который только усиливал мое беспокойство.
Прошло несколько минут, и я уже начала терять надежду на то, что ближайший автобус скоро придёт. Вытащила телефон, чтобы проверить расписание ещё раз, как вдруг, мимо проехала ярко-жёлтая машина.
Она показалась мне смутно знакомой.
Внезапно автомобиль затормозил и дал задний ход. Я насторожилась, когда он остановился прямо передо мной, и окно опустилось.
За рулём оказался мой одноклассник, Виталик Клыков. Его появление было неожиданным, и я не сразу поняла, что это он.
— Князева, ты чего тут делаешь? — его голос был полон искреннего удивления.
— Автобус жду, не заметно? — произнесла, разводя руками в стороны.
Сарказм был моим щитом, за которым я прятала всю свою боль и растерянность.
— Да не язви. Садись, довезу до поселка, — предложил он, дружелюбно улыбнувшись.
Не знаю, чем я думала, но в тот момент была так зла на Руслана, что мне хотелось доказать себе и всем, что со мной так нельзя обращаться. Хотелось показать свою независимость, свою способность справляться без чьей-либо помощи.
Виталик всегда был человеком, на которого можно положиться. Поэтому я кивнула в знак согласия.
Клыков открыл пассажирскую дверь, и я уселась внутрь, чувствуя тепло дорогого салона.
Пока пристёгивала ремень безопасности, он снова обратился ко мне:
— Тебя точно в Малинки везти? Ты выглядишь немного расстроенной.
— Да, спасибо, — коротко бросила, захлопнув дверь.
Одноклассник посмотрел на меня с удивлением и тронулся с места.
— Что случилось? — спросил он спустя минуту молчания, бросив на меня быстрый взгляд.
— Родителей похоронила, — ответила, стараясь не показывать своих настоящих эмоций.
— Понятно, — протянул он, явно понимая, что я не хочу распространяться на эту тему. — Ну, если что, всегда готов поддержать. Знаешь, старые друзья и всё такое.
Я кивнула, разглядывая дорогу перед нами.
Внутри меня бушевал ураган чувств. Всего за несколько дней моя жизнь перевернулась с ног на голову.
Родители, моя опора и защита, были убиты. Я похоронила их сегодня, и это была самая болезненная и опустошающая церемония в моей жизни. Я всё ещё чувствовала холод земли, которая поглотила их тела, и не могла поверить, что их больше нет.
Сердце разрывалось от боли и горечи. Я старалась держаться, не показывать своей слабости, но внутри меня всё было разбито. Несмотря на то, что мы были не особо близки, каждый раз, когда вспоминала их лица, слёзы подступали к глазам, но я сдерживалась.
Слёзы не вернут их обратно, и я должна быть сильной.
Встреча с Русланом только добавила масла в огонь. Этот человек, с его властным тоном и непреклонностью, всего за полчаса, стал для меня как кость в горле. Его попытки контролировать меня, его приказы и угрозы — всё это вызывало во мне бурю возмущения. Я чувствовала, что он не видит во мне взрослую личность, готовую бороться за свою независимость.