– Именно, что до смерти… – Гончар размешал веткой угли.
Соль вышла из глубокой тени и подошла к костру.
– Садись поближе к огню и погрейся, девочка, – сказал кузнец. – Жаль, нам нечем тебя угостить, сами сидим голодные.
– А кто в этом виноват? – Соль с укором посмотрела своими прозрачными глазами на сидевших вокруг костра.
Мужчины отвернулись, все промолчали.
– Как ты мог забросить свою работу, Урион? – печально сказала Соль пекарю. – Знаешь, по вечерам, когда у меня урчит в животе от голода, так и вспоминаются твои булочки с маком.
– Ах, Соль, и не говори. Что поделаешь? Больше никто не покупает мою выпечку, – уныло проговорил пекарь.
Мужчины заговорили, перебивая друг друга.
– Целый день простоишь на рынке, и всё без толку.
– Раньше заказчики так и толпились у дверей!
– Никто больше не заказывает мне чугунные ограды для палисадников!
Соль обвела их всех глазами.
– Вы просто руки опустили. Вот у тебя, Мирс, крыльцо развалилось, а ты и не думаешь его починить. Раньше мельница на холме так крутила крыльями, как будто хотела улететь на небо. Вы – такие мастера, такие умельцы, а совсем пали духом, побросали своё ремесло.
Воцарилось молчание. Мужчины сидели молча, глядя на догорающий костёр, виновато опустив головы.
– Девочка права, – наконец сурово проговорил плечистый оружейник. – Сама ещё дитя, а говорит, как старый мудрый человек. Спасибо тебе, Соль! Недаром ты вся светишься.
– А ты, Одиссей, ведь не зря тебя так прозвали, – с глубоким сердечным укором сказала Соль. – Какие прежде ты строил корабли! Какие паруса! Можно было возить товары в далёкие-далёкие города.
– Знаешь ли ты, Соль, сколько надо денег, чтобы построить настоящий корабль? А мы все бедны, как церковные крысы. – Одиссей вывернул пустые карманы. – А дома голодные жёны и пузатые от голода ребятишки. Раньше добрый король Эрилайд давал нам деньги для начала работы…
– Может, этого хватит? – Соль поднялась и вывернула шапку. На землю посыпались тяжёлые монеты и украшения. Золото сверкало ярче догорающих угольков костра.
– Господи спаси и помилуй! – воскликнул пекарь. – Это мне только снится!
Три раза пришлось Соль рассказывать, что с ней приключилось в эту ночь. Слёзы стояли у неё в глазах, когда она смотрела на посветлевшие лица мужчин.
– Ну, друг Одиссей, завтра же собирай своих ребят, и беритесь за дело, – сказал кузнец. – Ты знаешь такие города за морем, где наши товары пойдут нарасхват.
Одиссей протянул руку к золоту и вдруг отдёрнул её, словно боясь ожечься.
– Да берите же, берите! – ободряюще улыбнулась Соль. – Мне оставьте только старую шапку и три монеты.
– Почему так мало? – удивился пекарь.
– Если тётушка Хмара узнает, что золота было много да в придачу драгоценности, она меня до смерти изобьёт, – вздохнула Соль. – Вы же её знаете…
Глава 9
Встреча со слепым нищим
Слёгким сердцем бежала Соль по ночному лесу. В шапке весело позванивали три золотые монеты. Не беда, что поздно. Тётушка Хмара, как увидит золото, сразу подобреет.
Соль даже запела своим прозрачным, звенящим голосом какую-то песенку без слов.
– Спокойной ночи, господин Дуб! – крикнула она, пробегая под старым деревом.
– Не рано ли распелась, дурёха? – сердито прошелестел Дуб ей вдогонку.
Да нет, Соль надеялась, что сегодня всё будет хорошо и порка ей не грозит. Но петь уже расхотелось. И Соль торопливо пошла по узким тёмным улицам Верхнего Города.
Её удивило, что в доме тётушки Хмары горит свет. Вот свеча мелькнула в одном окне, теперь дрожит и мигает в другом.
Соль для храбрости тряхнула старой шапкой, и монеты звякнули, словно хотели её подбодрить.
Она неуверенно шагнула за порог, и тут же тётушка Хмара схватила её за плечи и принялась трясти так, что всё закружилось перед глазами Соль.
– Змею, змею пригрела на своей груди! Вспоила, вскормила! – завопила тётушка Хмара. – Ах ты, гадина неблагодарная!
Соль ничего не сказала, только протянула шапку с монетами. Тётушка Хмара ловко запустила руку в шапку и на мгновение замерла, глядя на золотые монеты.
– Откуда у тебя эти монеты? – снова завопила тётушка Хмара. – Верно, украла их? Воровка, бандитка! Змею пригрела у себя на груди, а ты ещё волка привела! Я в сарай, а он как зарычит. Чуть не загрыз меня за мою же доброту! Убирайтесь из моего сарая. Убирайтесь оба! Чтобы духу вашего тут не было!