Новая ученица не сделала ей ничего плохого. Она просто моментально взяла контроль над ситуацией в свои руки и заставила Марину поступать так, как удобно ей. И при этом не командуя, а всего лишь обороняясь. И тогда – непринуждённо проигнорировав вызов на разговор, и сейчас, отказавшись петь. По словам Татьяны Огузовой, пела новенькая как все – не лучше, не хуже, вот Марине и хотелось, чтобы свои слабенькие данные она продемонстрировала перед классом. Продемонстрировала, одноклассники поняли бы, что пение Гликерии не фонтан, и справедливая учительница сказала бы, разведя руками: к сожалению, нет, не можем рекомендовать тебя на концерт. А мы-то думали… Но Гликерия умело обошла ловушку.
Марина Сергеевна завидовала этому умению девчонки – и злилась за это на саму себя. И продолжала завидовать. И раздражаться. И завидовать. И искать способы – как поставить Гликерию на место. Зачем? Чтобы убрать из собственной души боль и тоску. Девчонка почувствует себя не так уверенно – может, и ей, Марине, от этого полегчает. Конечно, Марина Сергеевна ловила себя на здравой мысли, что такое поведение приличествует только злобной старой деве. Ну а разве двадцать семь лет – не вполне подходящий для этого возраст? Так вопрошал беспощадный внутренний голос. А раз подходящий – значит, можно! – вроде и не совсем в шутку, но и не то чтобы не всерьёз отвечала себе Марина. И снова переживала и думала, что же ей делать.
Ведь дети в девятом «А» уже начали попадать под тёмное обаяние претенциозной девочки. Да что там дети – и учителя вроде экзальтированной Анжелики Аркадьевны. Ну да что с неё взять, она не от мира сего. Но дети… Такие здравые, такие бойкие, такие преданные – первый Маринин класс, сразу после окончания начальной школы доставшийся ей, выпускнице института! А что же будет дальше? Следом за новенькой все они станут демоническими личностями? В безмятежном спокойствии новой девочки, подчёркнуто-мрачном аскетизме её облика и поведении принцессы инкогнито явно было что-то порочное, опасное. Легко заражающее – к своему ужасу, Марина много раз ощущала, что сама с удовольствием стала бы подругой такой девочки и напропалую копировала бы её… Что это вот такое? Что за воздействие? Вот ведь как умело она создаёт себе имидж и управляет людьми – а это очень опасно. Что там она сделала со славным пареньком и правой рукой всех затейников Костей Комковым? В жидко разбавленном пересказе эта история дошла, разумеется, и до Марины Сергеевны. Но молодая учительница понимала, что пересказ слухоносца – он и есть пересказ, как факт его использовать нельзя. А узнать подробнее, докопаться до правды… Как, как? У Кости спросить невозможно – парень имеет гордость, ничего он не скажет. А сама девочка… Родители! Вызвать в школу родителей – и разобраться как следует, пристыдить их, заставить оправдываться – и тем самым раскрутить на откровенность, получить информацию. Вот что!
Новый план несколько примирил Марину Сергеевну с действительностью. Вечером, перед тем как залечь в кровать с интересной книжкой, она села за компьютер и обновила свои странички на сайтах знакомств и более нейтральных социальных ресурсах. Поставила новые весёлые фотографии, придумала к ним прикольные подписи и добавила в информации о себе много хорошего, позитивного и завлекательного.
Глава 7
Льются слёзы Lacrimosы
Самодостаточная Гликерия могла бы бесконечно оставаться неприступной, таинственной и закрытой – для тех, кого она так интересовала. Но опять-таки случай, друг и враг случай, помог Оле и Сашке.
Как?
Они её спасли – новенькую, чёрненькую, всю из себя загадочную. Быть такого не могло, но оно случилось: сложенные в спортивном зале высокой стопкой гимнастические маты вдруг накренились и заскользили вниз – один за другим. Игнорирующая «Весёлые старты» Гликерия стояла к ним спиной и этого не видела, а потому первый ударил её по кроссовкам, второй под коленки – и, сбив на пол, накрыл. Третий уже наползал на неё, с шуршанием скользя по своим предшественникам, но Оля и Сашка подскочили и выдернули новенькую, погребённую под тяжёлыми матами. И только все трое отбежали от этого места, как на валящийся спортинвентарь с потолка упала бетонная балка.