Насколько я восхищался Юлькой, настолько был недоволен собой. Я мазал, пропускал, отбивал мимо стола. Одним словом, лучше бы сразу признался – позора бы было меньше. Юлька вела себя со мной, то снисходительно, подбадривая меня. То высокомерно, ругая, на чём свет стоит. Я всё молча глотал. Заслужил.
Хуже было другое, я вспомнил о том, как сам ругал её в те злополучные два дня, когда гонял по фирме. В отличие от меня, она тогда не заслуживала всех тех эпитетов, которыми я её награждал. Ну, что мне оставалось теперь делать – признать, что вот такой я ублюдок?! Впервые мне было не всё – равно. Мне было не по себе. Я вдруг обнаружил, что не хочу выглядеть таким конченным уродом в глазах Юли. Вот это была новость! Обычно меня не волновало ничьё мнение. Я всегда думал, говорил, делал только то, что хотел я.
Игра закончилась.
Я виновато смотрел на Юлю. И что я видел – она не верила мне. Её глаза метали молнии. Я понял, она решила, что я специально её подставил. Увидев, как она рвётся победить, вставлял ей палки в колёса. Вот дурак! Зачем не признался сразу, что в жизни не держал ракетку в руках? Боялся, что пострадает моё эго, что я чего – то в этой жизни не умею?
А в результате сработал мой непререкаемый авторитет заносчивого сноба. Он повлиял на её выводы. А мой план по восстановлению наших отношений попал под угрозу. Да какую там угрозу?! Он позорно сдох!
Да что со мной не так? Эта девочка вытащила из меня то, о чём я даже не подозревал…
А сейчас я искренне чувствовал свою вину. И не скрывал этого. Она смотрела на меня. Она видела мои глаза, в которых шли титры – Прости. Но она не верила мне. И я это чувствовал. Очень остро.
Мы возвращались в город. Я был вежлив, внимателен, галантен. Юля была мила, очаровательна, восхитительна. Но она не верила мне. После того, что произошло там наверху, когда мы играли в теннис, между нами словно что – то сломалось. Снова сломалось.
Засада. Нет. Настоящая катастрофа. Я хотел с ней наладить отношения. Но снова всё испортил.
Глава 8
Юля
Мы возвращались в город. И эмоции мои были таковы, – чтоб глаза мои его (Макса) не видели! Но они его видели. Он был рядом. Никуда не делся. И вёл машину. А ещё он время от времени очень вежливо так обращался ко мне с какими – то дурацкими вопросами. Приходилось реагировать и не менее вежливо отвечать ему. Короче поддерживать нашу «светскую» беседу изо всех сил. Потому что главное было не забывать о своей «миссии». А значит не демонстрировать своё фи объекту «вожделения». И тут я вспомнила, что заблокировала свой мобильник, чтобы ничто не мешало процессу охмурения нашего гения. Теперь же моим единственным желанием было отвлечься от своего распрекраснейшего спутника. С этой целью я и обратилась к своему мобильнику. Включив его, обнаружила непринятые звонки от отца в количестве, аж, целых двух штук. Набрала его номер.
– Пап, привет! – мягко произнесла я. Кое-кто рядом напрягся и обратился весь вслух. Да пусть подслушивает, коли охота! Пусть знает, какая я внимательная ласковая и любящая дочь. Какая я правильная девушка, с какой стороны на меня не глянь.
– Добрый вечер, Юля, – каким – то уж очень официальным сердитым недовольным тоном отозвались на том конце трубки. Папа явно не попал на мою волну – любящего в ответ родителя. Ну, это ничего. Строгий папа. Это тоже неплохо. У такого не забалуешь. А уж обидеть его дочь, я бы и вовсе никому не советовала.
– Па, что – то случилось? – невинно поинтересовалась я.
– Нам надо с тобой встретиться, – категоричным тоном произнёс он. Походу точно что – то случилось.
– Хорошо. Я готова в пятницу. В девятнадцать – ноль, ноль, – быстро согласилась я, стараясь выкроить себе время, дабы навести справки, что там могло произойти такого, что папа был вне себя. А то,что он был не норм – это точно. Обычно голос отца ровный. В отличие от меня, выдержка у него была стальная. А тут такое! Но самое неприятное было в том, что то, что произошло как – то связано со мной. Ведь таким строгим тоном он говорил со мной.
– Ладно. Мой водитель заедет за тобой в это время, – бесцветным голосом произнёс отец. Всё указывало на то, что я провинилась перед ним.
– Договорились, папуль, – ласково проворковала я.
– Договорились, дочка, – наконец, в его голосе послышались тёплые нотки. Отцовское сердце не камень. И мой откровенный подхалимаж его всё – таки тронул.
– Что – то случилось? – участливо спросил Макс, едва я нажала отбой.
– Возможно, – пожала я плечами. – Я пока ничего толком не знаю. Сам же слышал – надо встретиться, – добавила я и тяжело вздохнула, демонстрируя, как сильно я переживаю на эту тему.