Я терзал себя. Выворачивал наизнанку. Потом Юльку обзывал нехорошими словами. Но хватало ненадолго. Легче не становилось. Тогда я давал себе клятвы – никогда не вспоминать о ней, не думать, не любить. Но это не работало также. По всем раскладам Юлька получалась дрянью, су…, исчадием ада. Но это не отменяло того, что я её любил. Любил, несмотря ни на какие её пороки. Я любил её вопреки всему. Разуму, обстоятельствам, её нелюбви. Я любил. И ничего не мог с этим поделать. И всё это было адски больно.
И пришёл день, я не выдержал.
Я сдался.
***
Макс
С обеда я поехал к универу, и долго дежурил в машине на парковке. Но она так и не показалась из дверей учебного заведения. И вообще почему – то студентов оказалось неприлично мало. Просидев пять часов в машине в надежде увидеть Юльку хоть издалека, к вечеру я сообразил, что на дворе лето. А значит, учёба давно закончилась. Есть варианты, что на лето она и её подруга умотались домой. Это осложняет задачу поиска Юльки. Кстати, могла и на моря укатить. Выходит, что? Выходит, справки наводить можно. Но вот искать её активно придётся только с началом учебного года. А её универ является единственным известным мне местом, где она должна появиться стопроцентно. Так что придётся запастить терпением и ждать начала нового учебного года.
На всякий случай я всё-таки хотел убедиться в выдвинутых собственных версиях, с этой целью я двинул к дому, где она жила с подругой. Ожидаемо дверь мне никто не открыл. Соседка сообщила, что Лена уехала на лето к себе домой. А вторая девушка (Юля) давно уже съехала отсюда. Куда? На этот вопрос она ответила, что понятия не имеет. Ей не докладывают.
От ярости и беспомощности я заскрипел зубами. Вот идиот! Какого…так поздно кинулся её искать. Теперь до осени не найти!
Жизнь, в которой не было Юли, казалась мне параллельной вселенной. А сам я себе казался человеком с выжженной душой. И изрезанным на куски сердцем. Меня ничего не радовало. Я ничего не хотел. Как робот занимался работой. И в тренажёрку ходил как тот же робот.
Измучившись по полной, я надумал так, в том, что не нашёл её, когда проявил слабость – искал, был знак свыше. Значит, и не надо. Если так дело и дальше пойдёт, можно с ума сойти. И вообще рано или поздно я перестрадаю, переболею. Надо держаться от Юли подальше…
– Слушай, Макс! – сказал как – то Женька. – Ты куда в отпуск собираешься?
– Никуда, – равнодушно пожал я плечами.
– Брось, Макс! Хватит дурака валять. Вижу же, сохнешь по Юльке, лица на тебе нет.
– Я по ней уже не сохну, – бесцветным голосом отозвался я. – Переболел.
– Ну, тогда давай вдвоём рванём куда –нибудь! – предложил друг.
– Ты чего опеку решил надо мной взять? – ухмыльнулся я. – Так я не нуждаюсь.
– Ну, почему сразу опеку? – невозмутимо заявил Женька. – Просто вдвоём веселее. Давай на море полетим. Я уже и местечко присмотрел.
И мы отправились в отпуск. А там я встретил девушку. Девушку очень похожую на Юлю. Впервые за долгое время я заинтересовался девушкой. Звали её Марина. Мы познакомились. И закрутился ни к чему необязывающий лёгкий курортный роман.
Порой мне казалось, Марина до одури похожа на Юльку. А порой – лишь жалкой её копией. У неё даже глаза были синие. Только светлее, словно выцвело Юлькино море. Иногда я забывался, закрывал глаза, и представлял в своих объятьях Юлю. А потом слышал голос (он был ниже) той, что была рядом, и вздрагивал: Не простыла ли Юля? Нет. Не простыла. И вообще это не Юля. Другая девушка. Я злился на себя. И снова прикладывал все усилия, чтобы переключиться на Марину. Процесс шёл тяжело. Но я считал, что я на пути к выздоровлению от наваждения по имени Юля.
Однако наша «идиллия» закончилась раньше, чем я предполагал.
– Макс, – ласково обратилась ко мне Марина. – Ты возьмёшь меня с собой?
– Прости, не понял. Куда возьму? – машинально спросил я.
– В Москву, – ровно ответила она.
– А я обещал? – напрягся я всем телом.
– Нет. Но…, – Марина запнулась, подбирая слова. Я ждал. И вдруг понял, это только я считал, что наш короткий курортный любовный роман ни к чему необязывающий. Марина считала по-другому. У неё были свои планы.
– Но ты так тепло за мной ухаживал, говорил такие ласковые слова и был так нежен со мною, что я…
– Настроилась на продолжение? – с сарказмом вопросил я. Но сарказм относился не к ней, а скорее, к себе. Вот так, друг, путать девушек. И на месте одной представлять себе другую. Нет никого исцеления. Есть только одна девушка на всём белом свете. И зовут её Юлия.