Подрываюсь с кровати, скидываю полотенце, закрываю глаза и начинаю вспоминать образ Агаты, как она целовала меня, сминала мои губы страстными поцелуями, громко стонала. С каждой секундой жар внизу живота становился сильнее, словно раскаленное железо. Как же мне хочется прямо сейчас положить на лопатки эту девчонку!
Я провожу пальцем по светло-розовой головке члена, представляя, как бы Агата могла ласкать его своими губами. Он набухает моментально, а с моих губ срывается глухой рык. Твою мать! Веду себя как школьник…
Затем я беру телефон, решаю попробовать в очередной раз рискнуть. Не собираюсь все пускать на самотек и делать вид, будто между нами ничего не произошло. Подхожу к зеркалу и делаю снимок в полный рост. Не раздумывая ни секунды отправляю фотографию Агате, подписав:
“Все еще не помнишь меня? А его?”
Игра началась.
Глава 07 — Кирилл
Делаю глоток пива, лениво крутя в пальцах зажигалку. В голове пока нет идей, как затащить в койку Ди, но это пока. Я заставлю эту девчонку стать моей, уверен у Мистер Вечные-Правила перекосит мордаху при виде нас.
Дверь в бар с шумом открывается и в прокуренное помещение вваливается компания людей — моя компания. Впереди идёт Прохоров, он же Илюха — мой единственный, да именно так, друг. Остальных я отношу к категории "пообщался и свалил". За Прохоровым передвигается Миха Капустин, Тема Грибоедов и Артур Руднев. Рядом с Рудневым Лерка и Тома.
Мы давно тусуемся вместе, а с Лерой не только пьём на брудершафт. У нас с ней что-то вроде свободных отношений.
— Кир! — она машет мне рукой и выдаёт улыбку, в которой чего только нет, но я как обычно пропускаю все мимо. Не интересно.
Валерия, к слову, девушка красивая, даже очень: ноги длинные, фигурка, что надо, а грудь... Она ещё носит всегда до черта короткие юбки и кофты с такими вырезами, мама не горюй.
— Приветик, — Лера дарит мне поцелуй в щеку, я в ответ ей улыбку. Она устраивается рядом, кладёт руку на моё плечо и, склонив голову, посылает заигрывающий многообещающий взгляд
С пацанами мы обмениваемся рукопожатием и принимаемся делать заказ. Пока нам несут три пиццы, а Илюха заливает народу очередную байку, я беру телефон и ищу в соцсетях Диану. Никак не могу успокоиться, что она меня продинамила, даже присутствие Лерки, которая всегда помогает скрасить вечер, сейчас раздражает.
В профиле Орловой все оказывается тоже довольно скучно: ни одной фотки самой девушки, зато фото книг, зданий и природы — вагон. Атас. Это вообще девушка? Где её губы-утки в селфи? Или взгляд "возьми меня, я готова"? Сразу видно: красная книга по ней плачет.
Даю последний шанс Орловой, кликаю на иконку "сторис" и тут наконец-то появляется она: держит в руках кофе со льдом, на фоне стеллажей. Внизу надпись: "кажется, кое-то сегодня ночует в библиотеке".
— Кто этого? — Лера нагло заглядывает на экран моего телефона, но я не убираю.
— Да так, — с губ слетает смешок и сразу же рождается план. Поднимаюсь из-за стола, решив не ждать пиццу, потом поем.
— Ты куда, Кир? — спрашивает Илья.
— Дела, — сообщаю сухо. Беру со стола ключи от машины и двигаюсь к выходу.
Белова настигает меня у дверей, обхватывает за локоть, заставляя остановиться. И смотрит так главное, игриво, будто я ей что-то обещал.
— Дела, Лер, — раздраженно скидываю девичью руку и закрываю за собой дверь.
Сажусь в машину и еду в библиотеку. Зачем? Ну как же? За прекрасной Дианой, за ее милыми трусиками и громкими стонами. Главное успеть. В этот раз она не посмеет мне отказать!
Путь до места “икс” занимает минут сорок и я успеваю проклясть чертовы заторы на дороге. Чтобы скорее добраться, сворачиваю на одном повороте и выезжаю на сплошную. На экране загорается входящий, папочка словно чувствует, что ему опять придется краснеть перед знакомыми шишками. Было дело, когда я знатно прокатился ночью и отец тогда ездил с поклоном к какому-то дядьке в погонах. Да и плевать. Пусть хоть объездеться. Это меньшее, что он может сделать.
Провожу пальцем по сенсору и принимаю вызов:
— Что? — сходу спрашиваю, а сам на часы поглядываю. Диана же еще не успела свалить? Она обязана дождаться меня.
— Мог бы, и поздороваться, — хмурым тоном говорит старик.
— Мог бы и не звонить, — проезжаю на красный, обгоняя двух таксистов на дороге. Наконец-то свободная трасса.
— Когда ты возьмешься за голову? Я столько вложил в тебя, — вздыхает папа. Он прав, вложился знатно. Сперва школа в Лондоне, пришлось отучиться там два года после смерти матери. Потом Москва, школа Спартака, элитный лицей, лучшие учителя у моей у кровати. Я тот еще ценный клад, который старик почему-то боится потерять.