Где-то подвох. Марк провоцирует меня. Я знаю это. Но в то же время мы оба осторожно балансируем на краю пропасти — шаг вперед, шаг назад. Кто первым сорвется? Он играет. Мы оба играем. Только я не знаю, кто в этой игре ведет, а кто ведомый.
Марк чуть склоняет голову, изучая мою реакцию. Он ждет. Наблюдает. Развлекается?
— Если хочешь — можешь остаться. Работаешь за зарплату, на общих условиях. Если нет — можешь вернуться в свой убогий район. Продолжать промышлять воровством... или проституцией.
Я вспыхиваю. Ладони моментально сжимаются в кулаки.
— Я не торгую собой! — выплевываю я, чувствуя, как все внутри пылает.
Марк лишь лениво усмехается. Его глаза цепляются за меня, как будто он уже знает, что я скажу дальше.
— У всех есть цена. Рано или поздно тебе придется озвучить свою. Таковы законы места, где ты живешь.
Он медленно усмехается и чуть откидывается назад. Его взгляд в этот момент особенно раздражает — уверенный, будто он уже выиграл. Его тон меня бесит. Спокойствие бесит еще больше. Я киплю, ощущая, как в груди разгорается ярость.
— Откуда ты знаешь? — выпаливаю я, почти шипя.
Марк хмыкает, но не отвечает. Как будто мои слова не заслуживают реакции. Он просто берет виски, наливает в стакан и делает небольшой глоток, все так же невозмутимо глядя на меня. Не собирается объяснять. Не собирается спорить. Он уже все сказал.
— Думай до утра, — бросает Марк, поднимая на меня темные глаза. В них что-то скользит — насмешка? Ожидание? Интерес? Я не могу понять. — Переночевать можешь во флигеле.
Я на грани, чтобы взорваться, но каким-то чудом все еще контролирую себя. Последнюю его фразу оставляю без ответа. Умышленно. Пусть я проиграла этот бой, но вся война еще впереди.
— Мне нужно съездить к матери, — сухо констатирую я и складываю руки на груди.
Марк кивает и отпивает из своего бокала.
— Я скажу водителю, он отвезет тебя.
И так хочется послать к чертям собачьим с его подачками, но благоразумие берет верх, и я не спорю. Водитель — это гораздо лучше, чем общественный транспорт, тем более что я очень устала.
Шумно выдыхаю, разворачиваюсь и выхожу из кабинета. Внутри все клокочет, будто я проиграла раунд в игре, правила которой даже не знаю, но ничего, придется их изучить.
Сажусь в машину на заднее сидение. Кресло такое удобное, как будто обнимает со всех сторон. Устраиваюсь поудобнее и ощущая, как напряжение в теле постепенно ослабевает.
Всю дорогу я смотрю в окно, наблюдаю, как город сменяется приглушенным светом улиц, как здания остаются позади. В голове крутится тысяча вопросов. Что теперь? Что делать дальше? Но ответов нет. Я не знаю. Какое принять решение тоже.
Поговорив с лечащим врачом, вхожу в палату и внутри сразу становится теплее. Мама выглядит лучше. Глаза ясные, в уголках губ легкая улыбка. Она всегда улыбается, даже если больно.
— Привет, моя хорошая, — ее голос мягкий, теплый, родной, а у меня внутри все сжимается от эмоций. Слезы наворачиваются на глаза, но я не позволяю им пролиться.
Я сажусь рядом, беру маму за руку. Она такая хрупкая. Мне хочется сказать многое, но слова застревают в горле.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю тихо.
— Уже лучше, — отвечает она. — Врачи говорят, что скоро переведут в палату. А ты? Ты выглядишь... усталой.
Я улыбаюсь, пряча волнение.
— Все хорошо. Я устроилась на работу, — все же рассказываю я. Хочется порадовать, точнее приободрить.
— Как на работу? — волнуется мама. — Детка, не делай глупости, тебе учиться надо.
— Я знаю. Все хорошо, мам, — ободряюще сжимаю ее ладонь. — Мне же не пятнадцать.
— Ты всегда для меня будешь маленькой девочкой, — шепчет она устало.
Я не рассказываю подробности. Она слишком быстро догадается, что что-то не так. Что-то в моих глазах выдаст правду. Поэтому я молчу, просто наслаждаюсь ее голосом, ее присутствием.
Но мысли не отпускают. Что теперь? Какой следующий шаг?
Когда выхожу из больницы, небо уже совсем темное. Я сажусь в машину и закрываю глаза. Ответов по-прежнему нет. Только вопросы.
Флигель встречает меня тишиной. Я захожу внутрь, сбрасываю куртку и машинально оглядываюсь. Жить здесь — не лучшая перспектива, но и не худшая. По крайней мере, крыша над головой есть. А еще здесь тепло и чисто, что тоже немаловажно.
Все перевернулось. Я до сих пор не понимаю, что делать дальше. Уйти? Остаться? Кажется, что оба варианта одинаково плохи. Но, где-то в глубине души, поселился маленький червячок, который внушает, что я не хочу уходить…