— Я за рулем. Кофе подойдет.
В кабинете царит атмосфера уюта и успеха. Рамон всегда любил роскошь, но без лишней показухи. Мы садимся, и он подает мне чашку кофе.
— Ну, давай уже, не терзай меня любопытством, — в голосе друга звучит искренний интерес. Он всегда умел чувствовать моменты, когда дело пахнет чем-то необычным.
— Мне надо найти одну девушку. Однозначно местную, — лениво усмехаюсь и отпиваю горячий напиток из чашки.
Глаза Рамона увеличиваются вдвое.
— Марк, ты в своем уме? Что, в Москве бабы кончились?
— Не, тут дело принципа, — цежу раздраженно. — Она у меня портфель тиснуть хотела, а потом еще и по яйцам зарядила. Хочу визит вежливости нанести. Объяснить девочке, что так шутить с большими дядями не стоит.
Рамон от души смеется, его смех разносится по комнате, словно эхо. Я окидываю его испепеляющим взглядом, но молча жду, пока успокоится.
— Лихо она тебя зацепила, — качает он головой. — Ну давай описалово, и мои люди ее найдут. Я сам ее накажу, даже не сомневайся.
На секунду я задумываюсь. Можно было бы на этом остановиться. Рамон сделает все, как надо. И даже больше. Но что-то меня останавливает от этого варианта.
— Нет. Доставь мне удовольствие самому разобраться, — сильнее сжимаю пальцами чашку. — Очень уж хочется поставить эту дикарку на место.
— Узнаю старого друга, — ухмыляется Рамон.
— Ну, так что, поможешь?
— Дай хоть какую-то информацию.
Я рассказываю все как есть, не скрывая ни детали. Рамон слушает, то кивая, то хмыкая. Иногда на его губах появляется легкая усмешка, но он не перебивает. Он знает, что я не терплю лишних вопросов в такие моменты.
— Это по-любому дело рук Макса. Он самый борзый у нас тут. Но платит стабильно, поэтому не хотелось бы его терять.
— Хрен с ним, — отмахиваюсь небрежно. — В машину ко мне влезла явно девка. Волосы светлые, длинные, глаза карие.
Рамон кивает и достает свой телефон.
— Располагайся. Сейчас я отдам приказ, и скоро мы найдем твою зазнобу.
Адрес девушки находится спустя полчаса. Как и имя. Алферова Павла Андреевна. Живет с матерью. Отец давно умер. А отчим сидит по не самой приятной статье. Перспектив у девушки никаких, зато гонора по самые уши. Придется спустить с небес на землю.
Криво усмехаюсь и решаю не откладывать. Надо поставить точку в этой истории, как можно быстрее. Приезжаю по искомому адресу. Район в точности такой, каким я его запомнил когда-то. Серые многоэтажки, полуразрушенные фасады, огни редких фонарей, мигающих в такт ветру. Здесь царит своя атмосфера — опасность и тишина, которая словно наблюдает за каждым твоим шагом.
Но больше всего раздражает безнадежность, что разит из каждого угла. Люди здесь добровольно скатываются в яму, не желая карабкаться к свету. Чего-то добиваются единицы, остальных поглощает темная сторона жизни. Здесь эта граница чувствуется особенно остро.
Зябко веду плечами, скидывая тени прошлого и уверенно иду к подъезду дома, давно списанного под снос. Осторожно поднимаюсь по лестнице. На каждом пролете скрипят ступени, а стены в трещинах, потеках и граффити. Дверь квартиры на третьем этаже. Нажимаю на ручку - не заперто. Меня это настораживает, но все же вхожу внутрь. Слабый свет виднеется в одной из комнат.
— Стой, где стоишь, — сзади раздается недовольное шипение и между лопаток упирается что-то твердое. — Не двигайся. И руки подними.
По позвоночнику прокатывает волна холода, а мозг стремительно генерирует возможные варианты действия.
По голосу узнаю свою беглянку. Но руки все же поднимаю от греха подальше.
— А ты, как я погляжу, продолжаешь коллекционировать статьи, да? — криво усмехаюсь я и медленно разворачиваюсь. — Вслед за отчимом собралась, Павла?
— Ты? — глаза девчонки в ужасе округляются, а "пистолет" из дерева падает на пол с глухим стуком. — Что тебе нужно?
— Я же обещал, что найду тебя, — склоняю голову на бок, внимательно рассматривая растерянное лицо девушки. — Я всегда держу обещания.
Красивая, хоть и дерзкая. Хотя это только плюс. Не стелется и не пресмыкается перед статусом и бабками. А может просто играет талантливо. Впрочем, мне без разницы. Я здесь не за этим.
Откуда-то из комнаты раздается кашель. Сухой и надрывный. А за ним женский жалобный стон.
— Что это? — хмурюсь я и с подозрением смотрю Павле в глаза.
Глава 4 Павла*
Мое сердце бьется как молот, от страха и напряжения. Внутри все сжимается в один тугой ком. Бросаю взгляд на дверь в комнату матери. Паника накрывает меня с головой. Этот мужчина пришел за мной. Хочет наказать, унизить или отомстить. Мама не должна об этом узнать. Она ничего не подозревает, тихо спит там, за дверью, в своей комнате. Я не позволю ему вторгнуться в наш маленький мир. Это последнее, что я могу защитить.