Каждый думал о своем. Но все чувствовали, что в этом моменте скрывается гораздо большее, чем можно выразить словами или даже представить в мыслях. Все чувствовали себя песчинками в масштабах вселенной и неизведанного.
Они поднялись на пирс. Порой именно отсутствие помогает ощутить то, чего, казалось, раньше не было. Темнота неба подчеркивала сияние звезд, а из-за их отражения в воде вокруг становилось светлее. Вдалеке виднелось зарево города, который даже в такую глубокую ночь горел огнями.
Но все это меркло на фоне полной тишины. Ее действительно сложно назвать пустой, ведь деревянные доски мерно поскрипывали под ногами, а под ними плескалась вода, напоминая, что озеро вот здесь, совсем рядом, стоит только спрыгнуть с пирса.
Внезапная вспышка разрушила эту идиллию.
Оля повернулась и недовольно посмотрела на Диму.
- Смотрите, какая красота, - он протянул ребятам телефон, на экране которого высветилась фотография. Вспышки хватило, чтобы выхватить самое начало пирса, а дальше доски уходили в озерный туман, сливаясь с черной водой и небом, будто и вовсе не было им конца и края.
Но вдруг туман на фото зашевелился. И сквозь него проступила фигурка девочки-подростка с двумя косичками с белыми бантами. Она свесила ноги к воде.
Едва сдерживая крик, Оля оторвала глаза от фотографии.
Девочка сидела на пирсе. Она медленно повернула голову к Оле и осклабилась.
***
- Оля! Оля!
Она пыталась сфокусироваться, но в глазах все упорно расплывалось. Кажется, она лежит. Кажется, на чем-то деревянном.
Постепенно проступили очертания ребят. Они стояли вокруг и смотрели на нее с тревогой.
- Что… Что случилось? – спросила она с недоумением.
- Это ты нам скажи, - ответил Дима. – Мы смотрели фотку, как ты вдруг закричала, упала и начала трястись в конвульсиях. Мы думали, у тебя припадок. Эпилепсия или типа того. Ты в порядке?
- Да. Да, - как странно, она не помнила ни то, как кричала, ни то, как упала. Только девочка. Она точно видела девочку! – Я видела ее. Я ее снова видела!
- Кого ее? – нахмурился Лев.
- Ту девочку. Олю. Да-да, это точно она. Это Оля!
- Оль, я понимаю, конечно, что мы тебя весь вечер пугали. Но, может, хватит? Это уже не смешно, - заметил Дима. А Оле вдруг очень захотелось рассмеяться. Точно так же, как они смеялись все это время над ней, когда она говорила, что ей страшно, и просила прекратить.
И все же она сдержалась. Не из уважения к ребятам. А просто из страха. Cейчас ее просто трясло, и даже секундное желание посмеяться не смогло вытеснить из ее души первобытного ужаса перед привидением, которое уже дважды ей мерещилось. И неважно, смотрит ли на нее бездна или призрак действительно существует. Ей просто хотелось убежать. Хотелось убраться подальше. Ощутить себя в безопасности. Не бояться.
Но не бояться не получалось. Страх пробирал до самых костей.
- Может, мы пойдем обратно? – попросила она и будто услышала со стороны, как жалобно звучал ее голос.
- Хорошо, - спорить с Олей, особенно после ее припадка, никому не хотелось, и Влад просто выразил общее мнение.
Ребята пошли обратно. После случившегося уже никому не хотелось смеяться.
- У тебя красивый шарф, - решил разрядить обстановку Дима и обратил внимание на необычный рыжий вязаный аксессуар, украшавший шею Сони.
- Спасибо, - беззаботно ответила она. Ей не привыкать принимать комплименты, хотя ее шарф обычно не привлекает столько внимания, как иные достоинства.
- Оранжевый. Почти Айседора Дункан, - вырвалось у Оли само собой.
- Кто? – переспросила Соня.
- Известная танцовщица. Она умерла из-за желтого шарфа, который запутался в колесах автомобиля и сломал ей шею, - пояснила Оля. А потом поняла, как жестоко прозвучали ее слова. – Прости, я не то имела в виду…
Но Соня уже накрутила себя.
- Ну спасибо! Не думала, что ты мне смерти желаешь!
- Вовсе нет! Просто к слову пришлось. Ассоциация, вот и все.
- Девочки, не ссорьтесь, - Дима чувствовал свою долю вины за то, что вообще начал этот разговор. – Тем более там шарф был желтый, а у тебя оранжевый.