К тому времени, как чашка с напитком опустела, щеки девушки приобрели розоватый оттенок.
— А теперь поговорим, — улыбнулся, сложив руки перед собой. Всем видом давая ей понять, что разговора не избежать. Не думает же она, что я не стану поднимать тему той ночи в клубе.
— Послушай, давай только без этого…
— Нет уж, Рыбка, не выйдет. Если не хочешь, я немного порассуждаю, — она заерзала на месте, а я понял, что действую в нужном направлении.
— Ты воруешь мою тачку… — начал перечислять, загибая на руке пальцы. — Потом я нахожу тебя в клубе для извращенцев, где мы проводим охренительную ночь… А потом ты снова пропадаешь, и когда я уже не думаю тебя найти, ты появляешься в клинике, как практикант… — подаюсь к ней. Близко. Ее губы в опасной близости от меня. Ее запах дурманит. Лена напряжена, но не отстраняется, глаз с меня не сводит. Она думает, что сейчас будет что-то большее. Поцелуй или касание. Более того, она ждет этого, хотя не хочет сознаваться самой себе. Но я не собираюсь так быстро давать ей это.
— Так кто ты, Рыбка? Избалованная мажорка, решившая поиграть, или обычная шлюха? — вздёргиваю бровью. Ее глаза вспыхивают гневом. Отстраняюсь, улыбаясь тому, как быстро выходит вывести ее из равновесия. Вот они — ее настоящие эмоции. Вот она — моя чертовка. Горячая, дерзкая, способная на все. А не та забитая мышка, что ходила тенью весь сегодняшний день.
— А тебе как больше нравится? — ее голос звучал едко, а взгляд девушки обжигал холодом. — Как хочешь, так и думай обо мне, доктор. Мне плевать.
Слово «доктор» она произнесла с таким презрением, что на какую-то долю секунды я почувствовал себя ущербным.
— Твои попытки закрыться смешны, Рыбка. Это дело времени — когда ты раскроешься вся… целиком.
— Послушай меня, Максим… Вениаминович, — подалась немного вперед. Выглядела она сейчас крайне возбуждающе. Воинственная амазонка.
— Еще раз прикоснешься ко мне без моего на то согласия, пеняй на себя. Жарко будет всем. А еще лучше, давай не будем разжигать конфликт, а мирно разойдемся. Переведи меня в другое отделение. И дело с концом.
Сделал вид, словно задумался.
— Нет. Я не привык делиться такими горячими цыпочками, — улыбнулся, убрав спадающую на лицо прядь ее волос.
— Арр, — зарычала в сердцах, отвернулась. А я кайфовал от каждой ее эмоции, от каждого грубого слова. Эта девочка — настоящий наркотик.
— Пойдем, я тебя домой подброшу. В таком состоянии нельзя на транспорте, — поднялся, скинул с себя халат. Рыбка волком смотрела на меня.
— Я никуда не пойду с тобой, — отчеканила каждое слово.
— Думаешь, меня интересует твое мнение? — ухмыльнулся, убрав форму в шкаф. Когда я снова посмотрел на нее, Лена лежала на диване, играя роль больной.
— Я не могу идти, ты разве не видишь? Я еще полежу, а ты иди, — она накрыла ладонью глаза. Да уж. Актриса из нее та еще.
— Хорошо.
Приблизившись, подхватываю ее на руки и направляюсь к выходу. Распахнув глаза, она с ужасом озирается по сторонам, вцепившись в мои плечи ногтями.
— Ты что творишь?! Все увидят! — шипит яростно, потому что мы уже в коридоре. Пожимаю плечами.
— Я оказываю помощь больной, плевать мне, что там увидят.
Лена жмурится. Но, видимо, поняв, что скандалом сделает себе только хуже, покорно прижимается ко мне. Пока я несу ее по коридору, она затихает, прячет лицо у меня на груди. Боится, что кто-то увидит, стесняется. Вот только уже смена давно закончилась, в больнице только дежурные, и вряд ли мы кого-то встретим. Но я думаю совсем о другом. Она снова удивляет меня. Только что, в кабинете, была такой храброй, такой дерзкой. А тут… волнуется, тушуется. Каждую секунду разная… Что с ней не так?
Мы выходим на парковку. Я устраиваю ее на переднем сиденье, захлопываю дверь, и в этот момент слышу голос друга.
— Макс!
Обернувшись, вижу Адама, стоящего у входа. Сделав затяжку, выбрасывает сигарету и быстрым шагом направляется ко мне.
— Привет, брат, — пожимает руку.
— Какими судьбами здесь?
— Слушай, поговорить нужно.
— Черт, брат, сейчас не время немного. В моей машине настоящая тигрица, так что…
— Где? — хмурится Ад, смотря поверх моего плеча. — Я никого не вижу.
Оборачиваюсь, уже понимая свою оплошность. Бл*дь. Салон пуст, а пассажирская дверца открыта. Сбежала, чертовка. В третий раз. Что ж, хочет такой игры? Она ее получит.