— Макс… — слетает шепот с губ.
— М? — он кивает, не отпуская моих глаз.
— Ты это серьезно?
— Да, — кивает, улыбаясь. — Тебе же не нравится Рыбкой быть. Будешь Евграфовой… Буду звать своей сексапильной женушкой, — ну вот, снова его идиотские шуточки. Но этот мужчина дико хорош, даже в юморе. Не могу от него глаз отвести. Смотрю и чувствую, как внутри что-то огромное распускается. Прямо посреди грудной клетки. И его так много, кажется, вот-вот, и прорвется наружу. Не могу больше сдерживаться. Эмоции бьют через край. Притягиваю его, схватившись за крепкую мужскую шею, обрушиваюсь на его губы самым жадным поцелуем. Растворяюсь в нем. Пью его, поглощаю и не могу насытиться. Воздуха уже давно в легких не осталось, а мне и дышать не надо, когда он рядом.
— Это значит «да»? — спрашивает Макс, когда я наконец-то отстраняюсь.
Вместо ответа киваю, протягивая ладонь. Рука дрожит. А я как дурочка сижу и улыбаюсь, чувствуя, как по щеке текут слезы.
Неделю спустя
— Макс, ты надолго?
Евграфов посмотрел на часы, а потом без предупреждения просто взял и стянул с себя врачебную робу. И я, конечно же, залипла. Стояла и смотрела на оголенный торс своего мужика.
— Эй, Хьюстон, прием, вызывает Земля, — засмеялся Макс, помахав рукой перед моим лицом. Только когда он накинул рубашку, я смогла собраться.
— Ну, нельзя же так со мной. Я, между прочим, после ночной смены… А тут стриптиз… Может, ну его, совещание это? — приблизившись, запустила руки под полы его рубашки. Уткнулась носом в его крепкую грудь, вдохнула аромат. Руки Макса обхватили мою талию.
— Рыбка, ты же знаешь, все, о чем я думаю — как поскорей оказаться с тобой дома в постели… но чертова жизнь… — вздохнул он расстроенно, прижав меня к себе. Несколько секунд мы так и стояли.
— Долго совещание будет?
— Совещание — нет. Но сегодня одно мероприятие состоится. Так, обязаловка, отец тащит. Я бы сам не пошел, но он просил очень. Перед чуваком одним выслуживается…
Я посмотрела на него строго.
— Надеюсь, там без Каролины обойдется?
Ухмыляется, убирая прядь волос с моего лица.
— Нет, ты все-таки ревнуешь.
Макс уехал, а я, выпив кофе, решила, что заеду в гостиницу к Кате. Торчать одной дома не было никакого настроения. Гоша уже три дня как был в центре. Поболтать я с ним не могла. Одно из условий пребывания там — отсутствие какой-либо связи с внешним миром. Так что ничего другого мне не оставалось. Макса не будет допоздна, а так хоть с подругой поболтаем. Да помогу ей с уборкой.
Вышла с больницы, решила пройти пешком. До гостиницы всего пара кварталов, да и погода сегодня солнечная. Всунув наушники в уши, сделала громкость побольше. На телефон пришло сообщение, и я остановилась, чтобы его прочитать. Макс. Пишет о том, что уже скучает. И хочет на ужин жареную рыбку. Дурачок. Улыбнулась, строча ему в ответ, как вдруг кто-то резко толкнул меня в бок. Ничего не успела понять. Увидела только, как телефон выпал из рук, ударившись об асфальт, а меня в пару резких толчков запихнули в салон стоящей на обочине машины.
— Какого вы творите?! — крикнула, когда дверь закрылась. Сердце в груди разрывалось. Осмотрелась по сторонам — окна темные, между водителем и пассажиром перегородка. Попыталась открыть дверь, но она была заблокирована. Машина резко стартанула, а меня накрыло паникой.
— Выпустите меня, уроды! — я тарабанила в перегородку, но никто и не думал мне отвечать. Я металась по сиденью, словно раненый зверь. С замершим от ужаса сердцем била в окна и пыталась докричаться до прохожих. Но где-то в глубине души уже понимала, что все без толку. И я знала, чьих это рук дело. Вдруг стало так больно… чувство безнадежности затопило. Я подумала о Максе, о телефоне, оставшемся на асфальте. Прикрыв глаза, почувствовала, как по щеке покатилась слеза. Неужели это конец?
Он буквально вытянул меня из машины. Огромный бугай больше двух метров роста. Водила был незнаком — видимо, Холодный снова провел чистку рядов. Не дав возможности осмотреться, он затолкал меня внутрь невзрачного барака на окраине города.
Пройдя по длинному темному коридору, бугай, продолжая удерживать меня за плечо, постучал в старую деревянную дверь. Спустя несколько мгновений замки скрипнули, и с порога на меня уставился Холодный.