– Ян, – перебивает меня девчонка и я вновь улыбаюсь ей своей фирменной улыбкой.
– Погоди, я как раз дошел до самого интересного – любимый цвет, фильм и девочка, которая в данный момент мне безумно нравится. С чего начать в первую очередь?
– Еще спрашиваешь? – ухмыляется она и вновь кокетливо прикусывает нижнюю губу. Вот же вертихвостка.
– Черный. Побег из Шоушенка. Ярослава Довлатова, – по порядку отвечаю я так, как и озвучил ранее.
– Что ты говоришь? – краснеет и опускает глазки. Святая простота, ни дать ни взять!
Да, я почти не вру, потому что буквально двадцать минут назад она мне нравилась до ломоты в костях. Тогда я целовал ее там, в темном зале кинотеатра и форменно балдел, лаская ее губами и языком, сжимая в руках ее хрупкое, стройное, но такое женственное тело. Чума, ребята! И я планировал прямо сегодня перейти к активному наступлению.
– По-моему это главное, что ты должна обо мне знать, Яся. Я с ума по тебе схожу, прямо заклинило. Понимаешь?
Она же только сглатывает и с опаской смотрит мне в глаза.
«Давай, девочка, решайся, мне до тошноты все эти пляски с бубнами надоели вокруг твоей расчудесной персоны. Пора танцевать, но на другой территории», – мысленно шлю я ей свои порывы.
– Можешь расскажешь не только о себе. Друзья, семья, например? М-м-м?
Медленно вдохнул полные легкие воздуха, а потом точно так же неторопливо выдохнул. Спокойствие, только спокойствие…
Про друзей ей слушать лучше не надо, ибо уши в трубочку свернутся. А вот про семью…
Х-м-м, что же, может оно и мне надо свой пар выпустить хотя бы здесь? Сил нет все в себе носить.
Ну, ладно, поехали.
Глава 22
POV Ян
Но прежде, чем пуститься в собственные откровения, я ловлю вопросительный взгляд официанта и все-таки разрешаю подойти ему за наш столик. Итак, уже мнется на углу почти двадцать минут. Открыл меню и быстро пробежался по списку блюд.
– Выберешь что-нибудь? – спросил я у девчонки.
– На твой вкус, – как обычно, отмахнулась она.
Обслуживающий нас парень представился и я, чтобы потянуть время, выслушал нудный рассказ о «блюдах дня» и «новинках от шефа».
– Отлично, Георгий. Несите нам ваши коронные блюда и кофе по-венски. Ах, да! На десерт давайте вот этот симпатичный тортик, – и ткнул в какое-то трудновыговариваемое название.
Отпустил официанта и вновь улыбнулся сидящей напротив девушке.
– А что мы все обо мне, да обо мне, Яся? Давай и ты мне что-нибудь поведай о жизни своей расчудесной. Как в той анкете, м-м-м? Я весь обратился в слух, – и вновь откинулся на спинку кресла, практически ее не слушая, а только пристально смотря, как вздымается ее грудь, как она облизывает свои чувственные губы, хмурит лоб и в волнении потирает шею тонкими пальцами без какого-либо «вырви-глаз» маникюра – все аккуратно и естественно. Странно и нетипично для девушки ее круга, в общем-то.
– Тебя куда-то не туда понесло, – выхватываю я обрывки ее фраз.
– Неужели?
– Ага, про мальчика, который в данный момент тебе нравится, ты пропустила, – и сам прикусываю губу, гадая, признается или нет. Скорее всего нет. Смелая трусишка – вот она кто.
– Да вот нет пока такого, Ян, – ну я ж говорил. Предсказуемо до безобразия.
– Значит, полчаса назад ты со мной в зале кинотеатра без симпатии целовалась? Выходит, ошибся я? Блин, а я уже себе нафантазировать успел всякого. Думал, раз ты так жарко мне отвечаешь, то что-то между нами есть. А раз нет, так и откровенничать с тобой не стоит. Верно?
Опустила глазки и даже запыхтела как злой ежик, а потом и едва слышно буркнула себе под нос.
– Нравишься.
– Ась? Не слышно, Ясенька, – и даже ладонь к уху приложил.
Вздохнула и глаза на меня подняла. Негодует маленькая, чувствует, что все, деваться некуда. Закивала, губу опять прикусила. И вновь молния лупанула по мозгам.
– Нравишься, – еще раз и чуть громче.
– Сильно? – облокотился на стол и подался в ее сторону.
– Угу, – и вновь взгляд отвела. А щечки-то горят. Ну вот, другое дело.
– Ну тогда так и скажи: «ты нравишься мне, Ян», – а сам ее взглядом полирую, как только не блестит еще, непонятно.
Сглатывает громко, хмурится, глазки по залу бегают. Задышала девочка.
– Ты…мне…нравишься, Ян, – а сама веки прикрыла и руки стиснула, аж костяшки побелели. Тяжело, видимо. А мне не тяжело? Задолбался с ней уже миндальничать. Скорее бы закончить, поставить пробу и в дальнее пешее отправить. Пусть других мальчиков-зайчиков дрессирует, а не меня.