— Посмотри на меня, — хрипло приказал Зверь.
Я с трудом подняла глаза, встречаясь с его обжигающим взглядом. Никогда в жизни я не чувствовала себя настолько беззащитной и обнаженной — не только телом, но и душой. Он видел меня насквозь.
— Боишься? — спросил он, наклоняясь ближе.
— Да, — прошептала я, решив не лгать. — очень.
Что-то мелькнуло в его глазах — тень сомнения? Или просто игра света?
— Я постараюсь быть осторожным, — выдохнул он, неожиданно проводя тыльной стороной ладони по моей щеке.
Его пальцы скользнули между моих ног. Он медленно погрузил один палец внутрь, и я почувствовала странное жжение, смешанное с неожиданным удовольствием.
— Ты всё ещё мокрая, — прохрипел он удовлетворённо.
Мои щеки запылали от смущения и стыда. Как он мог так просто говорить о таких... интимных вещах? И почему его слова вызывали во мне не только страх, но и какое-то странное, неуместное возбуждение?
Артем добавил второй палец, растягивая меня сильнее. Я закусила губу, чтобы не застонать. Волны удовольствия накатывали, несмотря на все мои усилия сопротивляться им.
— Тебе нравится, — это был не вопрос, а утверждение. — Не сдерживайся, малышка. Я хочу слышать твои стоны.
— Нет, — выдохнула я, и тут же, словно в наказание за ложь, он изогнул пальцы внутри меня, находя какую-то особую точку, от прикосновения к которой я непроизвольно выгнулась и вскрикнула.
— Вот так, — удовлетворенно прорычал он. — Отпусти себя, Ева.
Его большой палец начал кружить по чувствительному бугорку, в то время как два других двигались внутри меня в медленном, мучительном ритме. Я чувствовала, как внутри опять нарастает что-то мощное.
— Я... я… остановись... — пролепетала я, хватаясь за простыни.
— Давай, малышка, — прохрипел он, ускоряя движения. — Порадуй меня.
Словно повинуясь его приказу, мое тело содрогнулось в первом в жизни оргазме. Волны наслаждения прокатились от низа живота до кончиков пальцев, заставляя меня выгнуться и издать длинный, протяжный стон. Перед глазами вспыхивали звезды, тело пульсировало, отзываясь на каждое движение его пальцев.
— Блядь, ты такая красивая, когда кончаешь, — хрипло выдохнул он. — Хочу видеть это снова и снова.
Не давая мне опомниться, он навис надо мной, раздвигая мои ноги своими коленями. Я почувствовала, как его твердая плоть прижимается к моему входу, и невольно напряглась.
— Тише, маленькая, — прошептал он, удерживая мои запястья над головой одной рукой. — Расслабься. Иначе будет больно.
Я пыталась дышать ровнее, но страх снова накатывал волнами. Он такой большой... это невозможно...
— Посмотри на меня, Ева, — приказал он.
Я подняла взгляд и утонула в его темных глазах. На секунду мне показалось, что за этой маской жесткости и холода скрывается что-то другое.
Он медленно подался вперед, проникая в меня лишь на сантиметр. Жжение и дискомфорт тут же заставили меня вскрикнуть.
— Тихо — тихо, — успокаивающе прошептал он, замирая. — Дыши. Просто дыши.
Его свободная рука скользнула между нашими телами, снова находя чувствительный бугорок. Легкие, круговые движения вновь разбудили угасающее возбуждение.
— Вот так, — одобрительно пророкотал он, чувствуя, как я расслабляюсь. — Хорошая девочка.
Он продвинулся еще на пару сантиметров, и я ощутила тупую, растягивающую боль. Слезы невольно навернулись на глаза.
— Больно, — прошептала я.
— Знаю, — его голос звучал напряженно, как будто ему стоило огромных усилий сдерживаться, я видела, как пульсирует венка на виске. — Потерпи. Это скоро пройдет.
Он замер, давая мне привыкнуть к ощущению заполненности. Его пальцы продолжали свой танец между моих ног, отвлекая от дискомфорта, постепенно превращая боль в пламя.
— Сейчас будет немного больно, — предупредил он, глядя мне в глаза. — Но я сделаю все, чтобы это было быстро.
И в следующий момент он резко подался вперед, сразу на всю длину. Раздирающая боль пронзила низ живота, заставляя меня закричать и впиться ногтями в его плечи.
— Тише, маленькая, тише, — шептал он, покрывая мое лицо поцелуями. — Самое страшное позади.
Он оставался неподвижным, позволяя мне привыкнуть к его размеру, к ощущению наполненности и невыносимого распирания. Внутренности будто раскаленным железом опалило. Даше дышать было больно. Постепенно острая боль притуплялась, сменяясь странным чувством растянутости и... чего-то еще, что было мне незнакомо.