И отвожу глаза, не в силах выдержать его взгляд.
- Что? – Пораженно выдыхает брюнет. – Алина! Как долго ты планировала скрывать от меня такую важную информацию?! А если бы я… Да я же хотел… Боже! Вовремя! – Рычит мне куда-то в область шеи Грозовский, вдыхая мой запах.
А потом и вовсе смеётся.
- Что смешного? – Обиженно бурчу, пытаясь столкнуть с себя его неподъемную тушу.
- Я просто счастлив, колючка. Невероятно счастлив. Ты моя! Вся!
Его губы крыльями бабочек порхают по моему лицу, шее, ключицам, телу, в то время, как проворные руки продолжают то, на чём остановились недавно – начинают стягивать с меня платье.
Я тушуюсь под его взглядом, полным обожания, когда Кир оставляет меня в одном нижнем белье, убирая платье в сторону. В голубых глаза пылает пламя. Он предвкушает то, что хочет сделать, и будто оттягивает момент, наслаждаясь видом.
- Какая же ты красивая, - шепчет Грозовский. На его лице нет ни тени улыбки. Там царит нечто другое. Дикое. Первобытное. Безумное. Жадное. – Так бы и съел тебя.
Горячие ладони мужчины касаются чувствительной кожи и скользят по телу, лаская. Даря невероятные, неведомые ранее, ощущения. Я задыхаюсь от этих прикосновений, чувствуя себя одной сплошной раскаленной лавой. Выгибаюсь навстречу, стону.
- Моя чувствительная девочка, - жарко шепчет Кир, накрывая ладонью грудь поверх бюстгальтера. Нежно сжимает торчащую вершинку, которая без ведома хозяйки умоляет о ласке. Кружит большим пальцем по восставшему соску.
Я закусываю нижнюю губу, понимая, что воздуха катастрофически не хватает. Наши тела касаются кожа к коже, заставляя пылать не только их, но и наши души. Внизу живота всё томительно ноет. Мне безумно хочется, чтобы Кирилл коснулся меня там и облегчил муку.
Но Грозовский не спешит.
Он отрывается от моей шеи и целует меня в губы. Властно раздвигает мои губы и вторгается в рот. Его язык продвигается вдоль моего так глубоко, как только можно. Медленно. Чувственно. И внутри меня ещё сильнее скручивается невидимая спираль, а между ног становится неприлично влажно.
Вторая рука мужчины, не занятая лаской груди, тыльной стороной скользит по моему животу. Вниз. Игриво проводит по краю трусиков. Дразнит.
- Кир, - скулю в нетерпении, и сама подаюсь навстречу его руке.
- Ч-ш-ш, - отрывается от моих губ, взирая затуманенным страстью взглядом. – Не торопись. Я не хочу причинить тебе боль.
Да он сам еле сдерживается! Его каменная эрекция недвусмысленно трется о моё бедро. Как он может терпеть и держать себя в руках, в то время как я схожу с ума и едва могу трезво мыслить?
- Ты причинишь мне боль, если сейчас же не коснешься меня, - шиплю, задыхаясь.
Грозовский хрипло смеётся.
- Как прикажете, моя королева. Кто я такой, чтобы отказывать вам? – Урчит мне на ухо, ныряя горячими пальцами под резинку трусиков.
Сладостное прикосновение. Желанное. И я выгибаюсь дугой, ощущая, как пульсирует чувствительная горошинка под его умелыми пальцами. Размазывая влагу по складочкам, он кружит по ним, касаясь и надавливая на клитор.
- Ах…
Глаза закатываются от удовольствия. Я больше не могу держать их открытыми, лишь хватаю ртом воздух и чувствую, как с каждым таким кругом его пальцев, мои ноги сами собой раздвигаются ещё сильнее. Чувствую, как сама начинаю подаваться навстречу ласке в нетерпении.
Я уже готова на всё, лишь бы он прекратил эту сладостную пытку. И Кирилл, словно почувствовав, надавливает на чувствительное местечко всей ладонью. А потом ещё и ещё. Быстрее.
И я взрываюсь. Кричу, не в силах держать в себе этот взрыв. Разлетаюсь на миллиарды осколков, которые тут же собираются вновь, стоит ощутить горячие губы моего мужчины на своих. Он пил мои стоны, а я цеплялась за его мощную шею, мечтая ощутить его всем телом.
- Ляг на меня. – Мольба срывается с моих уст. Я распахиваю глаза, чтобы столкнуться с бушующим штормом в его взгляде. Он сам на грани.
- Я раздавлю тебя, - хрипит мне в губы.
– Прошу, Кир, я хочу чувствовать тебя всего.
И он выполняет просьбу. Нависает надо мной. Его грудь касается моей, живот трется об живот. А между моих ног, у входа, застывает нечто твердое и горячее. Мужчина трется им о всё ещё чувствительный клитор, вызывая новый приток возбуждения.
Я обхватываю руками его мощную спину с бугрящимися на ней мышцами. Провожу по ним ладонями, шипя от удовольствия, потому что Кир не прекращает ласкать меня своим органом, совершая движения, имитирующие полноценный половой акт.
- Алина, - рычит Грозовский сквозь зубы. Его лицо напряжено, брови хмурятся. Руки впиваются в мою талию, крепко прижимая меня к мягкому покрывалу. Фиксируя. – Я…