- Ром? – сонно бормочет белокурое создание и поворачивается лицом ко мне. – Ты куда убежал? Почему не спишь? – приоткрывает глазки и замечает мою позу. Ахает. – Тебе больно? Мне принести обезболивающее?
От сна в её глазах и следа не остается. В этой синеве одно сплошное переживание за меня. Такое искреннее, подкупающее. Я подглядываю за ней, а член в это время рвётся из трусов.
И молчу.
Вот что мне ей сказать? Я уже не просто хочу заняться с тобой любовью, а трахать тебя, меняя только позы и локации? Да она же со стыда сгорит на этом же месте! Моя нежная девочка…
Знала бы она, что за мысли меня иногда посещают, наверняка, огрела бы чем-нибудь тяжелым.
- Ром? – прикасается пальчиками к щеке и пытается заглянуть под мою руку. – Что случилось?
Этот нежный голосочек сводит с ума. Она даже усилий не прилагает, а произвдит на меня такой эффект. Да она может крутить мной, как хочет! Даже не представляет, какой властью обладает! Наивное создание…
- Всё хорошо. – убираю руку от лица, пытаясь не взвыть от своих личных страданий.
- У тебя такой тон, будто смех сквозь слёзы. – хмурит свои бровки. – Давай уже, признавайся. Не нужно строить из себя героя.
- Снежина, ложись спать, а, - горестно тяну я. – Не ищи приключений на свою аппетитную попку.
Она вскидывает брови. На её лице, освещенном тусклым светом Луны, мелькает понимание.
Странно, что она так быстро догадалась. Это наводит на кое-какие мысли, что, возможно, она и сама мучается не хуже меня? Я раньше не имел дел с девственницами, но где-то слышал, что у них тоже голодняк появляется после первого раза.
Юля присаживается на кровати, подогнув под себя ножки. Эти аппетитные ножки, в одних только шелковых коротких пижамных шортиках, мать его! И добивает нокаутом, когда прикусывает губу.
Всё, это фиаско! Я подохну героической смертью… Но больше ни за что не спущу своего полкана, как в наш первый раз. То что она тогда пережила – лишилась девственности таким диким образом из-за меня, - я себе не прощу никогда. Да и если подумать, после того раза у нас и не было больше… Как-то не до этого было.
И вот. Приехали, что называется. Станция: «Умираю от возбуждения». Выходите из вагона. Не стесняйтесь. Любуйтесь красотами. Только ничего тут не трогайте, ага.
- Ты…
Она не успевает закончить, как я её перебиваю:
- Да, но это не проблема. Просто дай мне время, и я успокоюсь. Только, не трогай меня и не смотри вот… так! – нотки отчаяния всё же проскальзывают в моем голосе.
- А если я не могу тебя не трогать и смотреть вот так?
О, нет. Я знаю этот блеск в её глазах. Эту решимость.
- Тогда будет повторение того, что было в ванной! – срываюсь я на тихий рык.
- И что? – она хлопает длинными черными ресницами и смотрит недоумевающе.
- Ты серьезно? – хочу подскочить, но вовремя вспоминаю про швы.
- Да, первый раз у нас вышел… Ну, мягко скажем поспешным. Но это не значит, что ты должен теперь сторониться меня! Может я… Я тоже хочу тебя! – выпаливает она. – И мне также тяжело! Особенно, видеть, что ты всеми способами избегаешь этого между нами. – и, как результат, мгновенно краснеет, отводя глаза.
Я пялюсь на Снежинку, пребывая в смешанных чувствах. Мне дико приятны её слова, но и сделать то, что хочется, я тоже не смогу. А произнести Юле: «давай попробуем позу шестьдесят девять», - у меня язык не повернется. Да и вряд ли Снежинка знает, что это за поза! Она ведь девственница! Была…
Вздыхаю. Беру эмоции под контроль и тянусь к ней, оглаживая рукой личико принцессы. Пытаясь передать всю ту нежность, что живет во мне. Помимо необузданной страсти обладать ей.
- Я сожалею о твоём первом разе, моя девочка. И хочу сделать всё правильно. На этот раз.
- Рома, между нами итак всё правильно. Забудь ты уже об этом!
Она всем телом наклоняется мне навстречу. И перед глазами мелькает её охерительная грудь, выглядывающая из-под шелковой маечки. Соски проглядываются через ткань, и мне хочется сжать полушарие в ладони.
Я с силой тру лицо ладонями и резко выдыхаю.
- Ты не просто мой соблазн, Снежина! Ты - моё проклятье! Пожизненное и любимое! – выдыхаю я.
И целую свою девочку. Она охает от неожиданности и льнет всем телом. Осторожно, без резких движений.
А потом происходит отвал всего. Ручка принцессы скользит вдоль обнаженного торса к штанам. И неловкие, слегка дрожащие пальчики ныряют под резинку.
- Блять, - сцепливаю зубы. – Юля, ты что творишь, ненормальная женщина!
- Твоя женщина. – выдыхает мне в губы. Взгляд у принцессы затуманенный. – Хочу сделать тебе приятно. Я читала…
Она не заканчивает фразу, подкрепляя её действиями.