Банка с лимонадом была почти полной, но Петра выкинула ее в мусорку.
Что он делал?
Когда она пришла к Тине, Мэнди уже была там. И похоже, уже давно, потому что повсюду лежали зарисовки «Красных роз». Она услышала слова новенькой:
– Вот что мы сделали, Петра. Посмотри и скажи, как тебе.
Она взглянула на рисунки, но они ее не заботили. На языке так и вертелись слова: «Я выхожу из группы. Занимайтесь этим вдвоем!» Но она промолчала. Вошла мама Тины, принесла бутерброды и пакеты с чипсами и оставила все это на столе.
Они весь день смотрели фильмы и слушали музыку. Петра ускользнула один раз – после трех, – чтобы якобы сходить домой и взять определенный диск. Она прошлась перед старым домом. В гостиной было спокойно. Дом выглядел мирно, но в воздухе ощущалось что-то нехорошее. Кусты в саду, казалось, ощетинились и сгущались на ее глазах, а увядающие розы покачивались, позволяя ветру срывать лепестки. Был четверг, день, когда мистер Константин хотел получить свои деньги. По дороге к Тине у Петры возникло дурное предчувствие. Грядет что-то плохое.
– Тебя долго не было. Где диск? – спросила Мэнди.
– Не смогла найти.
Лица Тины и Мэнди раскраснелись, так как дома было тепло. Новенькая все болтала о вечеринке в честь Хеллоуина. Она принесла каталог «Аргос» и показала страницы с телефонами. Просмотрев их, они начали листать дальше и делиться, что еще бы прикупили. Перевалило за пять, и Петра больше не могла ждать. Она сказала, что ей нужно на воздух. Предложила сходить к газетному киоску. Тина подскочила и взяла с перил мамину толстовку. Мэнди, казалось, не хотелось никуда идти, но она все равно пошла. По пути к Принсесс-стрит Петра как будто издалека слышала разговор подруг, словно они находились в другой комнате. Когда они подошли к киоску, уже смеркалось. Остановившись, она внимательно окинула взглядом тротуар, точно ожидала увидеть Натана Болла, затаившегося перед садом дома мистера Мерчанта.
Но вместо этого увидела кое-что другое.
По другую сторону от дома стоял белый фургон, на водительском сиденье сидел Натан Болл, прижимая телефон к уху. Окно было открыто, и он положил на него локоть. Мужчина внимательно смотрел на пятьдесят третий дом, его губы шевелились.
– Что думаешь, Петра?
Она услышала пискливый голос Мэнди, похожий на свист раздражающего насекомого.
Зачем Натан Болл приехал сюда в фургоне? Чтобы забрать у мистера Мерчанта деньги?
– Что? – резко спросила Петра.
– Я сказала, что, может, ты и Тина – «Красные розы» – споете на вечеринке в честь Хеллоуина?
Девочка окинула взглядом улицу. Она должна что-то сделать.
– После барбекю, когда все будут есть, вы можете спеть пару песен. Я могу представить вас…
– Думаю, нам стоит зайти в этот дом, – услышала Петра свой голос. – Мы неделями обсуждали это.
В смысле, она обсуждала это.
– В дом? Какой дом? – смутившись, спросила Мэнди.
– В старый дом, – ответила она и указала на него, одним глазом наблюдая за фургоном.
– Сейчас? Зачем?
– Да, сейчас. Прямо сейчас. Мы можем тихонько войти и выйти. У задней двери на крючке есть ключ. Мы сами войдем, быстренько осмотримся и вернемся. Помните, старик много спит?
– Это жутко. Зачем нам это делать?
Потому что если мы пойдем туда, то я смогу сказать мистеру Мерчанту, что в его дом собираются вломиться. Смогу убедить его вызвать полицию. Можно не упоминать папу. Когда приедет полицейская машина, она спугнет их, четверг закончится, и мистер Константин вернется туда, откуда приехал.
Но сказала она другое:
– Проверить, есть ли там привидения. Идем. Пока не струсили.
Она могла сказать правду. Почему нет? Но посмотрела на Мэнди и заметила отразившееся на ее лице презрение, словно она считала Петру идиоткой. Еще она видела, что новенькая отчаянно пытается поймать взгляд Тины. Чтобы навязать свое мнение. Но Тина никогда не выберет Мэнди вместо нее.
В этот момент завелся двигатель. Белый фургон включил поворотник. Натан Болл закрыл окно и откатил от тротуара. Он уезжал. Петра не знала, что и думать. Это хороший знак?
– Скоро совсем стемнеет… – осматриваясь, сказала Мэнди.
– Вот почему мы должны пойти сейчас. Быстро войдем и выйдем, – настаивала Петра.