Мэнди вбила индекс в гугл-карту. Она показала почти заброшенную дорогу в паре кварталов от станции метро Кентиш-Таун. Мэнди поедет туда завтра вместо уроков. Она не знала, что станет делать, добравшись до места, но хотя бы посмотрит, где расположена пекарня и есть ли там девушка с рыжими волосами, которую она посчитала (почти со стопроцентной вероятностью) Петрой.
Она услышала внизу трезвон звонка.
– Я открою, – крикнула мама.
Мэнди сложила книги в стопку и задумалась о Джоне Уоллисе и его предложении поехать с ней. Ее это тронуло. Она знала, что давненько нравилась ему. Он жил примерно в десяти домах от нее, но, когда она была в младших классах, по большому счету ее игнорировал. Мальчишка не хотел водиться с девчонкой помладше. Когда она сдала экзамены в средней школе, он изменился и стал дружелюбным, иногда присоединялся к ней по дороге домой. Рассказал, каково быть старшеклассником, и предложил тусоваться с ним и его друзьями. Мэнди это польстило, и она могла бы принять его предложение, если бы не Томми, который ворвался в школу и увлек ее в свою компанию. Джон Уоллис был общительным и открытым, но людей в Томми притягивала какая-то искорка. Хотя она действовала не на всех. На тех, кто экстраординарно выделялся своей одеждой и личностью, с подозрением смотрела длинная череда выпускников, которым нравились футбольные команды, музыка и видеоигры. Такие, как Джон, не понимали людей вроде Томми. Томми проявлял интерес к книгам, искусству и фильмам. Ему нравилось спорить о политике и философии, и он гордился своей странной одеждой.
Томми был уникальным.
Мэнди присела на край кровати и почувствовала слабость. Ей нужен был Томми. Не Джон Уоллис. Не Люси (какой бы ни была ее фамилия). Но Мэнди не для него. Он предпочитал типичных девчонок.
Она услышала шаги на лестнице, а потом дверь в ее комнату слегка приоткрылась. Заглянула мама.
– Пришла Элисон. Я готовлю чай. Спустись поздороваться.
Мэнди вздохнула.
– У меня куча заданий…
Мама окинула комнату взглядом. Сумка валялась на полу, школьные вещи еще не разобраны. Но ноутбук был открыт на сайте «Парижской кондитерской». Мэнди с виноватым видом закрыла его.
– Мне кажется, ты просто торчишь в Фейсбуке. Спустись всего на пять минут. Ты не видела Элисон с тех пор, как она вернулась из Франции. Пожалуйста! Ты же знаешь, как ей нравится с тобой разговаривать!
Мэнди кивнула, и мама пошла вниз. Она раздраженно закрыла глаза. Зачем ей всегда присутствовать, когда приходила Элисон? Она устала разыгрывать перед ней веселушку, тем более что сейчас ее голова занята другим. Как она могла смотреть на Элисон, когда в ее мыслях Петра? Она так и представила, как женщина внимательно смотрит на нее и считывает ее мысли.
Встречи с Элисон всегда походили на тяжелое испытание, и она устала наблюдать за ее страданиями. Поездка во Францию ни к чему не привела. Девочка из гаража оказалась не Тиной, а обычной туристкой, которая ненадолго задержалась в той местности. Элисон провела там пять дней. Связалась с полицией, и те проверили другие сайты. Она дала интервью на французском телевидении, а еще встретилась с группами поддержки родителей пропавших детей. Вернувшись, она побеседовала с одной из утренних программ новостей. Она казалась спокойной и четко выражала свои мысли: «Мы должны следовать за каждой ниточкой, неважно, насколько она тонкая». Мэнди немного посмотрела, а потом переключила канал. Элисон накрасила губы темной помадой, которая отлично гармонировала с ее бледной кожей. Она выглядела первоклассно и уверенно, но Мэнди показалось, что ее рука дрожала, когда она жестикулировала, излагая свою точку зрения, словно все эмоции подкатили к кончикам пальцев.
Где Тина? Должно быть, Элисон задавала себе этот вопрос каждый час каждого дня.
Мэнди тоже задавала себе этот вопрос. Где Тина? Если Петра работала в пекарне в Кентиш-Таун, тогда где Тина?
Она услышала, как ее зовет мама. И подошла к двери.
– Мэнди! Чай готов. Спускайся.
Мэнди не ответила. А затем услышала другой голос.
– Выходи. Я расскажу тебе о своей поездке во Францию! – крикнула Элисон.
Она вздохнула и пошла вниз.
Мэнди нашла пекарню спустя десять минут после того, как следующим утром добралась до Кентиш-Тауна. Она прошла по оживленной дороге, затем свернула в переулок, который заканчивался магазинами и домами. Напротив располагался склад с высоким проволочным забором. Сбоку от него стояло кирпичное здание, которое, похоже, когда-то было начальной школой. На нем висела большая табличка с различными названиями компаний, и внизу Мэнди увидела надпись – «Парижская кондитерская». Пекарня находилась за железными воротами, рядом с которыми висел домофон. Внутри, на месте прежней игровой площадки, Мэнди увидела несколько припаркованных транспортных средств – среди них фургон и машина «Парижской кондитерской». Пока она стояла там, из входной двери вышли мужчины в белых брюках и футболках и устроили перекур. Интересно, они работали в пекарне или в другой компании, арендующей помещение?