Сын расхохотался в голос.
– Тихо! – зашипела я и тут же услышала быстрые шаги Насти. Черт!
Дверная ручка дернулась, и я успела похвалить себя, что заперла дверь.
– Полина! – требовательно позвала девочка. – Зачем ты закрылась? Открой! Кто там у тебя?
Я показала кулак Димке, а тот уткнулся лицом в своего крокодила, продолжая хохотать уже беззвучно.
– Настюш, я по громкой связи с сыном разговариваю. Подожди, пожалуйста, минутку!
– А закрылась зачем? – девочка снова задергала несчастную ручку.
– Живо под кровать! – шепотом приказала я сыну.
Тот вытаращил глаза и удивленно поднял брови.
– Настя тоже не должна тебя видеть! – объяснила я, и сын, коварно улыбнувшись, нырнул под кровать.
Ох, не нравится мне блеск этих глаз!
Но Настя уже была близка к выбиванию двери, поэтому я поспешила впустить подопечную. Девочка влетела внутрь с таким же выражением лица, какое я привыкла видеть у Каргелии. Уж не родственники ли они? Обедневшая четвероюродная тетка жены брата тещи, которой сердобольный Ярослав предоставил место?
Девочка осмотрела всю комнату взглядом бывалого опера и уставилась на меня.
– Ты прячешься от меня? – выпятила она нижнюю губу.
– Нет, – улыбнулась я, – просто хотела с сыном поболтать, соскучилась.
– Да? – Настя явно заинтересовалась. Плюхнулась на кровать, где только что сидел Димка. – А как его зовут? Сколько ему лет?
Разговор перешел на Димку, а потом и друзей Насти. Девочка явно забыла, для чего ломилась в мою комнату. Пожалуй, стоит предложить пойти в гостиную или детскую, а то бедняга Димка на полу как коврик лежит. Но я не успела…
Из-под кровати раздался тоскливый тихий вой, а следом – заунывные причитания. Настя побелела, чуть не свалилась на пол и ринулась ко мне.
– Ч-что это, П-полина? – испуганно прошептала девочка.
– Это, наверное, кто-то, очень желающий через пару минут получить хорошего ремня! – сердито отозвалась я.
Кажется, получилось убедительно, потому что привидение захлебнулось очередным воплем и замолчало.
На глазах Насти появились слезы. Димка! Вот чертенок! Довел мне ребенка!
– А кто этот «кто-то»? – всхлипнула девочка.
Вот здесь фантазия сработала быстро. К счастью.
– Подожди, Настюш, отпусти меня, пожалуйста! Не бойся, я не пропаду!
Но девочка замотала головой и только сильнее прижалась ко мне.
– Ладно, но я хочу подойти к кровати и кое-что тебе показать!
– Ой! – ручки тотчас же разжались, а Настя попятилась к двери.
– Не убегай! Я поняла, что это за звуки! Это очередные шуточки моего сына!
Я наклонилась, пошарила под кроватью и отобрала телефон из руки Димки. Пусть посидит без любимого устройства! Поднялась и показала аппарат Насте.
– Вот! Я так и думала! Наверное, я нечаянно прихватила его телефон. А у него здесь стоит программа специальная. Она удаленно включается, с планшета. Вот Димка, скорее всего, в качестве мести за телефон и запустил мне здесь страшилки.
Ох, наплела – так наплела! Ведь мы вроде как несколько минут назад общались с Димкой по телефону! Выданная версия не выдерживала никакой критики. Но испуганная девочка поверила и слабо улыбнулась сквозь слезы.
– Пойдем лучше ко мне! – попросила она.
– Пойдем, – согласилась я. – Ты беги! А я сейчас только программу эту попробую отключить.
– Хорошо! – и Настя поспешно вышла из комнаты.
– Димка, ты с ума сошел? – прошипела я, присев у кровати. – Ты что творишь?!
– Ну смешно же было! – хохотал этот обормот, но уже тихо.
– Совсем не смешно! – прищурилась я. – Ты действительно ее напугал.
– Ма, ну ла-адно! – протянул Димка. – Отдай телефон!
– Нет! Я злюсь на тебя! Совсем не по-мужски поступил!
Сын засопел. Про мужские поступки с ним всегда разговаривал дед, а Димка его очень уважал.
– Я пошла к Насте. Запри дверь и не высовывайся. У меня ключ с собой.
– А что мне здесь делать? – запричитал Димка.
– Не знаю! – я действительно рассердилась и сейчас изо всех сил сдерживалась, чтобы не наговорить лишнего. Точно потом пожалею! – Думай над своим поведением!
Я поднялась и пошла к двери.
– Мам! – выглянул сын из-под кровати. – Я есть хочу!
Ну да, он же толком сегодня не обедал, как сказала Римма Игоревна. Я вздохнула и погрозила сыну пальцем:
– Сиди тихо! Я попрошу Светлану, чтобы она принесла тебе поесть.
– О, это хорошо! – грустная мордашка тут же осветилась улыбкой. – Я не буду больше шуметь, мам! Честно-честно!