– Ань! Не узнаёшь, что ли? – спросил мужчина и продолжал улыбаться.
– Не-ет, – опешила она от того, что незнакомец знает её имя.
– Это же я, Вовка. – Парень не отводил от неё взгляда.
– Вовка? Ты?! – Она не понимала и не узнавала его, вгляделась получше, показалось, что какие-то черты лица становились знакомыми. – Ты к-как здесь? – говорила она с трудом, от неожиданности, радости и страха. «Вот кто не должен был её здесь видеть, так это он. Господи! Провалиться на этом месте!» – подумала она, это был её Вовка Качи́нский, из прошлой жизни, недавней, но уже такой далёкой.
– Ань, я тебя всё-таки нашёл! – Он был такой искренний и счастливый, что ей ничего не оставалось, как улыбнуться в ответ.
– Я, я пока… не могу. – Она запиналась и не знала, что сказать, увидела, что очередь за его спиной начала закипать.
– Чё ты не можешь-то? Выйди на минуту! Скоро закрываемся, поговорите нормально, – рядом, как спасение, появилась Марина, отодвинула её и показала Вовке на служебный вход, велела идти туда, встала у кассы и прикрикнула остолбеневшей Ане: – Газуй давай, только недолго, видишь, чё делается?!
Аня выскочила к служебному входу, Вовка стоял там. Они обнялись, обменялись несколькими фразами, договорились, что он дождется закрытия, а пока покружит поблизости.
– Марин! Что делать? Вечером домой Андрей приедет, – спросила она, когда вернулась к кассе.
– Ты серьёзно спрашиваешь? – резко и прямо спросила Марина.
– Да! – умоляюще посмотрела на неё Аня.
– Даже думать нечего, Андрей твой мудачила с Нижнего Тагила! Это всем понятно, кроме тебя. А этот… – Она остановилась, показывая в сторону, где недавно был Вовка.
– Это Вовка, помнишь, тот самый, я тебе рассказывала, с Севера, из Юра́я, мы в Одессе познакомилась, – напомнила Марине Аня, собирая на ходу все факты.
– Вовка, точно. Вот он – нормальный парень, это сразу видно. Как он на тебя смотрел! – Марина говорила уверенно, но Ане хотелось защищать Андрея, вместо этого она сказала о Вовке.
– С Севера, понимаешь?! Искал меня, говорит, долго, еле нашёл.
– Понятно, что нормальный мужик. Иди звони этому му́дику, ври, чё хочешь, говори, что тебя не будет пару дней, уезжаешь куда-то или что-то. Придумай!
– А дальше что? – Аня заволновалась, у неё никогда не было такой ситуации.
– Дальше? Переспишь с этим, или чё там у вас получится, посмотришь и почувствуешь. Короче, как сердце захочет. А ещё лучше: прям сейчас вали с этим Вовой на Север, и всё. Прям сейчас! Всё бросай и вали… – Марина показала рукой в направлении, где, по её мнению, был Север.
– Ой, Марин! – Аня закрыла лицо руками, сердце билось со страшной силой.
Она не знала, что делать. Марина сказала правду: надо решать, а для этого понять, чего она сама хочет. Сходила к вокзальному телефону-автомату, осмотрелась по сторонам, нет ли поблизости никого, кто мог бы услышать её вранье, позвонила Андрею, сказала, что поживёт немного у Светки, потому что у той неприятности. Он поверил, но Аня чувствовала себя предательницей, что-то лепетала ему, сказала, что на следующей неделе встретятся.
Когда закончилась смена, Вовка был у служебного входа, они попрощались с Мариной и ушли, он поймал такси, решили поехать в центр, к УПИ, а там видно будет. Чувства к Вовке были разные: она радовалась, смотрела на него, понимала, что он прежний, но немного другой, новый взрослый мужчина. Было непривычно то, что он поймал и оплатил такси, спрашивал, что она хочет. Они прогулялись по району, неожиданно зашли к Свете, она ничуть не удивилась, когда увидела Аню с новым парнем, напоила их чаем, отозвала в сторону, сказала, что одобряет выбор, велела присмотреться получше.
Аня была рада, несмотря на прошедший рабочий день, но мысли о том, что обманывает Андрея, не оставляли её, и на радость накладывался страх того, что с ней происходит что-то новое и неизвестное. Потом они с Вовкой пошли домой, он назвал её подъезд древними руинами, посмеялся, сказал, что отсюда надо уезжать как можно скорее. Когда зашли в комнату и закрыли дверь, он обнял её, они некоторое время стояли и молчали: он не решался поцеловать, она грустно улыбалась, сказала, что не привыкла к нему и пусть всё идёт, как идёт. Вовка тут же спокойно отошёл от неё, достал и пакета баночку колы, которую купили по дороге, открыл и протянул ей. Она улыбнулась и взяла. Включили телевизор, он осмотрелся, Аня догадалась, о чём он подумал, но вслух не сказала, они вообще много молчали, боялись всё испортить, да и сказать было действительно нечего, кроме того, что их общая подруга по Одессе Алёнка вышла замуж и родила сына.
Когда легли, она прижалась к нему, он обнял, начал целовать, но она снова увернулась, и он больше не приставал, только крепче обнял её. Ей очень хотелось быть с ним, но она не могла переступить дурацкую, придуманную ею черту преданности Андрею. «Господи, боже! Знал бы Вовка, что она делала без него, ведь всё это, что было, предназначалось ему одному, а теперь… что теперь… Где он был всё это время, где он был…» – она поворочалась ещё, прижалась к его плечу и уснула.