– Ну хорошо.
– Владимир Ильич, актеры готовы, мы идём на площадку! – раздался в рации голос второго.
– Да, хорошо, начинаем! – подтвердил режиссер.
– Внимание, приготовились к репетиции! – громко, на всю округу, нарушая идиллию, завопила Татьяна, уже подходя с двумя актерами ближе к месту съемок.
– Хороводы пошли! – скомандовал режиссер.
– Хороводы пошли! – повторила второй.
– Стоп! – гаркнул бородач.
– Стоп! – сказала Таня. Второй режиссер на то и второй, чтобы помогать первому. Он как бы подчеркивает важность и нужность команд главного режиссера-постановщика. Как мостик между мастером и всей командой, мамка, нянька и душа группы. Это особый талант нужен – быть вторым!
– Что такое случилось? – уже тихо спросила она и наклонилась к Владимиру Ильичу.
– Таня, давай ещё от тех туалетов, слева, пойдут две парочки, чуть поодаль друг от друга. Они после хороводов пойдут, по команде.
– Поняла. Ребята, вы четверо, по моей команде, я так же махну, но уже второй раз – и вы пойдете в так музыке. Спокойно так, прогуливаясь, идете наверх, пока не скажут стоп! Потом снова, – объяснила Татьяна задачу актерам массовых сцен.
– Внимание, на исходные! Тишина на площадке! – загорланила Таня уже для всех.
Она немного нервничала, хотя и знала, что всегда так бывает – меняется всё в один момент, но, видимо, и жара и середина съемок давали о себе знать. Было тяжеловато.
– Начали! – вступил бородач.
– Начали! – вторила Таня.
– Хороводы пошли! – продолжал бородач.
– Хороводы пошли! – Таня подбежала, чтобы её было видно, и махнула человеку, который в свою очередь махнул девчонкам из «Солнцеворота». Те запели.
– Туалеты пошли! – сказал режиссер.
Кто-то рядом не сдержался и прыснул в кулак. Хихикнули и с других сторон.
– Туалеты пошли! – Серьезная Таня подбежала уже с другой стороны и махнула парочкам, которым только что дала задание.
– Валера пошел! – сказала Таня в рацию.
Слава богу, актеру махать не надо, у него была рация, ловко запрятанная в костюм. После двух репетиций начали снимать. И закрутилось. Дубль за дублем: хороводы, туалеты, Валера, лошади, куры, главный герой бросает детям конфеты, бедные реквизиторы, Маша с Аленкой бегают за детьми и просят их не есть всё сразу, потому что где они ещё такую огромную корзину, точно таких же конфет найдут. В шестнадцатом веке не было ярких оберток к сладостям, как сейчас. И, чтобы было правдоподобно, они несколько часов фантики на другую, тусклую, сторону перекручивали. А время дорого в кино. Да разве объяснишь детям, чтобы они не ели конфеты?! Одно спасает, что это простая карамель, много не съедят. Сцену сняли, и всего хватило.
– Цирковые приехали? – спросил режиссер в перерыве.
– Да, – ответила Татьяна.
– Они уже в костюмах? И у них шапки эти смешные с рогами, да?
– Да.
– Зови! И музыканты бунтовские пусть подтягиваются. Скоморошину снимем. Хороводам – отдыхать пару часов. А медведя привезли?
– Нет пока, едут. Будут через полчаса.
– Ну, ничего, начнем пока без медведя.
– Хороводам – пока спасибо, приглашаем Бунтова, снимаем скоморошину, – передала по рации Татьяна, и её команда эхом пронеслась по всей Хо́хловке. Воспользовавшись паузой, к режиссеру подбежала ассистентка по костюму, одетая в коротенькие шортики и маечку.
– А можно мы на восемнадцатое на кулачный бой, сапоги не на всех наденем, а кому-то лапти дадим? – бойко спросила она.
– Ребята, давайте про это чуть позже, – раздраженно ответил режиссер. – У меня голова уже кругом идёт!
И, посмотрев на ассистентку умоляюще, попросил:
– Наденьте что-нибудь, а! А то ходите полуголые, я понимаю, что жарко, но всё же снимаем шестнадцатый век, надо соответствовать!
– Хорошо, хорошо, – кивает она и сбегает долой с режиссерских глаз.
Кажется, что весь Хо́хловский «остров-буян» глубоко вздыхает, давненько такой суеты и шума не бывало в его окрестностях. Да и сейчас ведь всё только начинается.
Музыканты Евгения Бунтова со всеми старинными инструментами и трое мужичков худощавого телосложения, невысокого роста, в костюмах скоморохов подошли к режиссеру. Кто-то наигрывал уже опять веселую мелодию.
– Ну, что, робяты, будем петь, играть?! Всё, как мы любим? Женя, а можете присесть, на бревно, удобно вам будет? Витя, со своими цирковыми тут рядом танцуй. Надеюсь, вы споетесь. – Режиссер, подпевая и пританцовывая, пошел к своему стулу.
– Начали! – скомандовал он.
– Тишина на площадке! Начали! – зычно крикнула, вторя режиссеру, Татьяна.