– Да.
Надя прошла на кухню и встала, закрыв глаза руками. Слезы катились сами. Страшно, как же страшно всё, что случилось! Как она теперь будет жить?! Нет, к этому она была не готова. Сколько ещё нужно будет пережить, на сколько вопросов ответить. Ой-ой, а деревня! Съест её деревня, с говном смешает. Уезжать надо, всё равно не поверят. Не поверят люди. И Димка? Он же сядет в тюрьму, а как она? Как же она всё это переживет?! Ой, как плохо, как плохо и тяжело! Давит так, сердце и мысли путаются.
Нет, нельзя раскисать, мало ли что люди будут говорить. Правду никто не знает, а кто знает, будет молчать. Да и какая правда? Она убила своего мужа? Но она не хотела. Так могло с каждым случиться. Долбаный крючок, курок, как там его, сорвался! Сын, да-да, это крик сына сбил её, она дернулась, она не хотела, но дернулась, потому что была пьяной. А пошла бы она трезвая стрелять? Всё, хватит, надо подумать, что делать дальше. Нельзя сделать лишнего.
Так, что она хотела? Валерьянку выпить и сыну дать! Господи, а ему-то вот ещё за что это? Сколько там осталось? Часа два-три? Пойду прилягу, надо отдохнуть, дел ещё впереди – вагон.
Проснулась от тревожного сна. Ей снилось, что её душат большие коричневые змеи. Она резко вскочила и тут же вскрикнула от дикой головной боли, глянула на будильник, было без пятнадцати девять, она посмотрела на подушку мужа, стало ещё хуже. Вставать всё равно надо. Тихо прошла в ванную, заглянула в комнату мальчишек. Они спали, Олежка ворочался во сне. «Тоже, может, что-то снится», – подумала она.
Подошла к зеркалу, посмотрела на лицо, опухшее от слез и выпивки, умылась и прямо из-под крана напилась воды, умыла лицо снова, вытерла полотенцем, намазала какой-то крем и, накинув халат, туго перевязала голову платком.
– Ну и ладно, – тихо сказала она и пошла готовить завтрак.
Как только закончила варить кашу, на кухне появился Олежка:
– Мам, ты смешная!
– Почему? – сурово спросила она.
– Ну, с платком этим, как пират.
– Я и есть пират.
– Смешно, мама – пират! А папа спит?
– Тоже хотела бы знать, где он шляется.
– Да вы все вчера долго не приходили, и Сережка. Я ждал-ждал.
– Ну, иди проверь, где он спит.
– Там нет никого, – вернулся он из комнаты, заглянув на всякий случай в ванную и туалет, – только Серёга спит, разбудить его?
– Слышь, детектив, садись есть кашу! Твоя любимая, пшенная. Серёжа пусть спит, не трогай его, разберёмся.
Она нарезала хлеб, достала масла, сыра и наделала много бутербродов по привычке. Пока ели, а в основном на еду налегал Олежка, вскипел чайник. Завтрак подходил к концу, когда зашел весь взъерошенный Серёжка.
– Доброе утро, сынок, садись поешь!
– Да щас, пойду умоюсь.
– Сереж, а ты папу не видел? – спросил его вдогонку мелкий.
– А чё ты спрашиваешь? – Серёжка переглянулся с матерью.
– Да мы его потеряли, смотрим, не ночевал, что ли, батя дома? – быстро встряла в разговор мать.
– Я не видел, только на проводинах были, может, ушёл куда-то уже? – как на допросе, грубо отчеканил старший сын.
– Серёж, да ладно, мы тебе верим, ты чё такой?
– Мам, я же просто спросил, – оправдывался Олежка. – А как там, на этих привидинах, было?
– Привидинах? Да, ничё особенного, – улыбнулась, но скорее скривила лицо в улыбке мать, – ели да пили и песни орали. Ладно, сынок, доедай, я пойду папу искать. – Она поцеловала сына в макушку и пошла к телефону.
– Я с тобой, – отозвался тот, но она прикрикнула: – Сиди ешь давай, я тут рядом, звоню по телефону! – И она ушла к себе, перекидывая длинный телефонный шнур из прихожей.
Сережа вышел из ванной, тревожно посмотрел ей вслед и пошел завтракать.
– Але, здрасте, это Надя Баринова, соедините меня с Ворошиловыми. Здравствуйте, а можете пригласить соседей? Очень надо. Спасибо.
Наступила тишина, видимо, на том конце пошли звать. Это в деревне нормальное явление. Телефоны-то не у всех стоят, только у тех, кому сильно нужно по работе. Сначала на коммутатор попадаешь, а потом телефонистка соединяет с абонентом. Обещают скоро провести современную автоматическую телефонную станцию, но когда ещё это случится. У Нади соединение через нефтянку, это тоже такая отдельная связь, но она может связываться и с другими обычными коммутаторами.
– Оля, привет. Не легли ещё? Проводили Толю? Всё нормально? Ну ладно. А ты моего не видела, он к вам не вернулся случайно? Не ночевал дома. Не знаю чё и думать! Да знаю, что не случится. Ну, звони, если что. – Она положила трубку.
Потом позвонила ещё одним знакомым.
– Рита, привет, это Надя, твой дома? А моего там нет у вас? Они вроде за столом рядом сидели. Нет? А то не ночевал. Не знаю. Ага, увидишь, скажи, чтоб домой шел, гад!